Вижу, как его зрачки расширяются. Он шепчет:
— Неужели ты решила меня выгнать?
Я качаю головой.
Он шумно выдыхает. Да, надо целовать. Надеюсь, не разучилась.
— Ты сейчас такая красивая, — хрипло произносит он.
Он поднимает руку, его тёплая, чуть шершавая ладонь касается моей щеки. Большая, сильная рука. Он поддаётся в мою сторону, и я закрываю глаза. Вот оно. Свобода. Забвение. Новая жизнь.
Когда между нашими губами остаётся всего несколько миллиметров, с грохотом распахивается входная дверь.
— Мама! Мама, мама, смотри, кого я привела!
Голос Аришки, звонкий, счастливый, пронзает тишину холла, как нож.
Затем — резкая, оглушающая тишина.
Я медленно, будто в тяжёлом сновидении, поворачиваю лицо к дочери. Рука Руслана всё ещё на моей щеке.
А за Аришкой, в проёме распахнутой двери, замер мрачный Арсений. Будто призрак из прошлого.
Он стоит, заслонив собой серый свет с улицы, в своём идеальном тёмном пальто.
— Привет, Поля, — говорит он, и его бархатный голос заставляет меня вздрогнуть. — Сюрприз.
30
Я сижу в кресле и пытаюсь дышать ровно.
— Я просто хотел сделать сюрприз, — вздыхает Арсений и делает глоток воды из высокого стакана, который я ему подала подала ему несколько минут назад.
Он пожимает плечами, и этот жест, такой знакомый и такой чужой:
— Просто в один момент решил сорваться, прилетел. — Поясняет он, ставя стакан со глухим стуком на стеклянную столешницу журнального столика. — Вещи оставил пока в отеле и поехал за Аришкой.
— Я так обрадовалась, — говорит Аришка, округлив глаза, и прижимается к его плечу, как птенчик. — Что даже испугалась, что могу умереть. От радости!
Они сидят на том диване, на котором мы когда-то все вместе смотрели дурацкие мультики.
Рядом со мной, в соседнем кресле, сидит молчаливый и насторожённый Руслан.
— Да, сюрприз удался, — я пытаюсь улыбнуться.
— Чуть позже поеду за Павликом, — Арсений тоже пытается улыбнуться в ответ, но у него выходит какая-то натянутая, жуткая гримаса. Он не смотрит на меня, его взгляд скользит по комнате — по моим книгам на полке, по новой вазе, по фотографии детей на комоде.
Будто проверяет, что здесь всё ещё его территория.
— Да. Он тебя тоже… не ждёт, — тихо проговариваю я, и мы все замолкаем.
Тишина такая неловкая, что я хочу сбежать.
Я вот совсем не ждала Арсения и даже подумать не могла, что он может взять вот так, внезапно, прилететь.
И я даже не знаю, как реагировать на его появление. Всё внутри застыло, перепуталось — и остатки былой обиды, и застарелая боль, и тень любви из прошлого.
— А ты, значит, и есть Руслан? — Арсений переводит взгляд на Руслана.
Голос его ровный, бархатный, но в нём нет ни тепла, ни любопытства. Это голос следователя, устанавливающего факты.
И я не могу понять, что я вижу сейчас в его глазах. Эмоции не разгадать.
— Да, я тот самый Руслан, — медленно кивает мой спутник. Он не опускает глаз, встречает взгляд Арсения прямо. Он улыбается, хлопнув себя ладонью по колену. Звук получается громким, неуместным. — Ты для меня тоже стал сегодня сюрпризом. — Смеётся он, но смех звучит слишком резко. — Не думал, что познакомлюсь с бывшим мужем Полины именно в такой… ситуации.
— А я вас представляла совсем другим, — подаёт голос удивлённая Аришка. Она часто-часто моргает, её лицо — смесь детской растерянности и смущения. — Совсем-совсем другим.
— И каким же? — любопытствует Руслан, и в его голосе я слышу попытку снять напряжение, вернуть всё в лёгкое, светлое русло.
Аришка со вздохом пожимает плечами и отвечает:
— Я не знаю. Но другим. — Она поднимает лицо на молчаливого Арсения и говорит: — Ты ведь тоже его представлял другим?
— Да я его совсем не представлял, — глухо, отчеканивая каждое слово, отвечает Арсений.
Его пальцы сжимаются в кулак на колене, костяшки белеют.
Руслан подаётся в мою сторону, внимательно вглядывается в мой профиль и спрашивает тише, почти интимно:
— Тебе всё ещё шкаф нужно починить?
Я смахиваю со лба выбившийся влажный локон и киваю, чувствуя, как жар разливается по щекам.
— Да. Всё ещё нужно.
— Очень любопытно, — тихо, но отчётливо отзывается Арсений. Он откидывается на спинку дивана, принимая позу хозяина. — Налоговый консультант разбирается в сантехнике и балуется ремонтом шкафов. Разносторонний человек.
Руслан не теряется под этим тёмным, давящим взглядом. Он встаёт на ноги. Мой милый, уютный Руслан.