За неимением лучших вариантов Сюй Жуйлун решил вернуть на службу Ду Цзяньпина, бывшего начальника уголовного отдела, который был отстранен по личным причинам. Именно этот человек взял на себя отдел уголовных расследований, в то время как Лю Сымяо оставила за собой только криминалистику.
Когда городское управление узнало о происшествии на Саошулин и о том, что среди жертв могут быть дети, оно без колебаний отправило лидера «трех высших судебных учреждений» на место преступления и поручило Ду Цзяньпину возглавить расследование. Обычные полицейские не обладали такой оперативной информацией и думали, что сегодня за «главную» будет вечно холодная, как ледышка, Лю Сымяо, потому и стояли, оцепенев от страха и робости. Однако, увидев Ду Цзяньпина, все пришли в восторг.
Хотя начальник Ду и был известен своим вспыльчивым нравом и частыми препирательствами во время работы, за пределами службы он относился ко всем полицейским как к братьям и закатывал пышные пирушки после раскрытия дел. Лю Сымяо же ограничивалась лишь служебными связями и была, как говорится, замужем за своей работой, требуя от подчиненных строгого выполнения обязанностей и не прощая ни малейших ошибок.
Последний год криминалисты пахали так, что не могли позволить себе даже глоток воды; они спали, не снимая обуви и не умываясь, стараясь по возможности держать глаза всегда открытыми. Хотя они обеспечили спокойствие в городе, их усталость и страдания были очевидны. Вернувшись, Ду Цзяньпин предстал перед ними спасителем.
Новоиспеченный глава отдела уголовных расследований с улыбкой подошел к своим бывшим подчиненным, как будто они никогда и не расставались. Полицейские бросились к нему, спеша крепко пожать ему руки, и в каждом взгляде, обращенном к нему, ощущалась теплота и уважение. Но в глазах сотрудников службы проскальзывала и тень недоумения: за два года их герой чудовищно постарел. Исчез тот крепкий и мужественный начальник Ду, которого все помнили, – вместо него перед ними стоял худощавый немолодой мужчина с седыми волосами.
Понимая, что ему всего сорок девять, и осознавая причины таких печальных изменений, многие чувствовали горечь. Единственное утешение было в том, что ослепительный свет только что установленных фонарей мягко освещал его грубые руки, которые, как и прежде, были крепкими и теплыми на ощупь.
Заместитель начальника уголовного отдела Линь Фэнчун, который уже прибыл на место, кратко представил Ду Цзяньпину свою команду: двадцать сообразительных и энергичных криминалистов, отобранных из отдела по расследованию особо важных дел. Он также объяснил, указав жестами, где находится кордон и оцепленная область преступления.
Ду Цзяньпин посмотрел на своего бывшего подчиненного – в черной кожаной куртке, с куцей бородкой… Тот нервно постукивал ботинком по земле, и Ду Цзяньпин понял, что его почти трясло от желания закурить. Он достал пачку сигарет и предложил ему:
– Подбодри себя, впереди, вероятно, долгие часы без сна. Твои пляски здесь не помогут.
– Не могу, – отказался Линь Фэнчун. – У старой-доброй Лю строгие правила, касающиеся порчи улик.
– Мы же даже не зашли на само место преступления, к чему так беспокоиться? – с улыбкой спросил Ду Цзяньпин.
– За периметром тоже нельзя, – с горькой усмешкой добавил Линь Фэнчун.
Ду Цзяньпин засунул сигареты обратно в карман и вместе с коллегой подошел ко входу в метро, скрытому за бетонными плитами. Надевая бахилы, он попутно расспрашивал начальника участка Саошулин, заместителя начальника отдела криминалистики и капитана пожарной команды о текущей ситуации, уже собираясь войти.
Вдруг он остановился:
– Подождите.
Чего именно ждать, он не уточнил, оставив подчиненных в недоумении.
Не прошло и минуты, как к ним подъехала черная «камри». Машина припарковалась на обочине, и из нее вышла чрезвычайно привлекательная девушка. Ее красоту не смогло погасить ни грубоватое шерстяное пальто, которое только выгоднее подчеркнуло точеную талию, ни бежевый свитер с высоким воротником, что только оттенял ее белоснежное овальное лицо. Чуть задранный подбородок демонстрировал надменность, а миндалевидные глаза излучали холодный блеск. Все мужчины, увидев ее, невольно приосанились и стали делать вид, будто вовсе за ней и не наблюдают, хотя тайком так и пожирали ее глазами.
– Сымяо! – Ду Цзяньпин подошел ближе и поприветствовал ее рукопожатием. Девичья ладонь оказалась неприятно холодной.