Картофель и капуста были настолько важны для нас, что с наступлением осени организовывались отряды, чтобы вовремя собрать урожай. Вереница машин подвозила овощи к погребу, а затем через маленькое окошко они попадали в хранилище, обеспечивая нам спокойную зиму. На столе всегда должно было быть хотя бы два блюда — только тогда жизнь могла считаться полноценной. Иначе пришлось бы питаться одними маринованными овощами, которые в народе называли гостеотпугивателями, и тогда к концу зимы мы превратились бы в квашеных редек, съежившихся в бочке для солений.
Огромное значение для нас также имел погреб. В то время не в каждом отряде имелось достойное хранилище для овощей. Возможно, считалось, что революция важнее повседневной жизни, и чем тяжелее жить, тем ты ближе к идеалам революции. Сколько отличных картофелин и кочанов капусты было испорчено морозом, так как их не успели вовремя убрать в погреб. Поэтому их готовили так: сначала с помощью кирки выбивали замерзшие овощи, затем давали им оттаять, варили и подавали. Даже самое сильное воображение не могло наделить их какими-то оттенками вкуса, кроме прокисшего. В них не было жизни.
Представители образованной молодежи на своем пути к перевоспитанию все больше осознавали ценность овощных погребов и наконец пришли к выводу, что меню, состоящее из картофеля, хоть без говядины, но зато не промерзшего, не повредит революции. Мы выкопали глубокую широкую яму, накрыли ее и перед первым снегом поспешно загрузили туда овощи. Впоследствии, долгими зимними месяцами, повара частенько лазали в эти погреба, вытаскивая оттуда в корзинах теплый картофель и капусту. Мы почувствовали, что инициатива значительно улучшила нам жизнь.
Овощехранилище также использовалось для других целей, о чем я узнал лишь после того, как случилась беда. Я спускался туда всего пару раз, когда помогал на кухне. В погреб было проведено электричество, и, когда включали лампочку, она освещала умиротворенные лица картофеля и капусты. Там не было снега и ветра, но не было и тепла — в воздухе витал резкий запах гниения. Твоя рука, выбиравшая овощи, имела власть над ними, и все они, долгое время находившиеся в заточении, холодно смотрели на тебя. Человек, решавший, что взять, не чувствовал себя желанным гостем. Я не испытывал симпатии к овощному погребу (несмотря на его пользу) — он напоминал мне подземелье, полное жизней, в которые нельзя вмешиваться.
Восемнадцатый отряд Третьего батальона считался небольшим, и погреб у него был маленький, но теплый. В те годы любовные истории у молодежи чаще всего не развивались дальше духовной связи. Во-первых, вступать в отношения строго запрещалось, а во-вторых, часто не находилось никакой возможности даже поговорить с противоположным полом. В каждой роте за всеми событиями неустанно следили несколько сотен внимательных глаз. Флиртовать под таким количеством взглядов не хватит никакой смелости. Поэтому большинство романов держалось в секрете, как подпольная деятельность; общались с помощью взглядов и тайных знаков, но парочки, как правило, не могли быть вместе и тосковали в разлуке. Такая любовь была полна мучительной страсти, каждый момент дороже золота. Многие влюбленные становились похожи на лук с натянутой до предела тетивой.
Любовь заставляет людей проявлять незаурядную изобретательность. Одна парочка придумала использовать овощной погреб для встреч. Он был заместителем командира взвода, обычно очень сдержанным и строгим. Она — спокойная, сдержанная, с внешностью довольно заурядной. Вначале никто не знал об их связи (я до сих пор считаю, что те товарищи, которым удавалось скрыть свою любовь, обладали сверхспособностями, но именно таких людей и порождала «культурная революция»). Не знаю, часто ли они встречались в погребе, но, когда я об этом думаю, сразу вспоминаю могилы Ромео и Джульетты.