— Картофель менять нельзя, — сказала я. Он, без сомнений, был лучшим во всём округе Пенобскот, но, к сожалению, пока Джим не вложится в отдельную фритюрницу, я не могла его есть. Так что вместо него брала стебли сельдерея, которые обычно подавали к острым крылышкам. Барная закуска так себе.
Магнолия сунула один в рот и пожевала.
— Правда. Это не суши из «Нобу», но вкусно, чёрт побери.
Вилла слабо улыбнулась сквозь слёзы.
— Я так вас люблю. Но давайте не будем себя обманывать. Мне придётся работать без остановки — приём пациентов, расчёты, страховые дела, вызовы на дом. О надежде на личную жизнь можно забыть. Но ничего. Это честь — служить людям Лаввелла и заботиться об их здоровье. Наверное, мне придётся переехать к родителям, но я справлюсь.
— Вот это настрой, — сухо заметила Магнолия. — А что если так: живи в моём доме. Делай что хочешь.
— Я не могу. А если он тебе понадобится?
— Учитывая, что это особняк на семь спален у озера, уверена, для визитов мне там место найдётся. — Она взяла ещё одну вафельную дольку и макнула в кетчуп. — Дом почти не используется. После всех денег, что я вбухала в крышу в прошлом году, кто-то должен там жить и получать от этого пользу.
Вилла нервно прикусила губу и уставилась в бокал вина.
— Не знаю...
— Ты ведь собиралась жить в моём доме в Нью-Йорке. Почему бы не пожить в Лаввелле? Я прослежу, чтобы мистер и миссис Льюис хорошо о тебе заботились.
— Они ещё живы? — Льюисы когда-то были смотрителями дома, когда мы были детьми.
— Ага. — Она сделала глоток вина. — Я построила им домик для выхода на пенсию прямо на участке. Сейчас они почти ничего не делают, только звонят, когда что-то ломается. Но я их обожаю. Они были ко мне гораздо добрее, чем кто-либо из моих настоящих родственников.
В этом вся Магнолия — щедрая и заботливая.
Я подтолкнула Виллу локтем.
— Соглашайся. Ты могла бы просыпаться с видом на озеро. Я уже больше года тут живу. Поверь, в этом месте много хорошего.
Вилла уставилась на меня, раскрыв рот. Я ведь всю жизнь жаловалась на этот город, но это была правда.
Я подняла палец.
— Живописная природа. — Подняла второй. — Спокойный ритм жизни. — И третий. — Настоящие, искренние люди...
Она схватила меня за руку, прерывая.
— Я поняла. Спасибо, что пытаешься меня взбодрить.
— Здесь всё улучшается, — вступила Магнолия. — Ты была в новом кафе? И это не единственный бизнес, что открылся. Ходят слухи, что фестиваль на реке собираются вернуть. А Смиты продают гостиницу. — Магнолия постучала золотыми ногтями по бокалу. — Я подумываю её купить.
Я поперхнулась вином. У меня заслезились глаза, и я хлопнула себя по груди, пытаясь отдышаться.
— Ты хочешь купить гостиницу? Насколько же ты богата?
Она покачала головой.
— Не спрашивай. Но она такая уютная. И городу это нужно, если мы хотим, чтобы местный бизнес выжил в долгосрочной перспективе. А ты же знаешь, я обожаю проекты с ремонтом.
Вилла откинула назад светлые волосы.
— Я в шоке. Ты, Магнолия Стивенс-Томас, бросишь организацию мероприятий в Нью-Йорке ради гостиницы в глуши?
Магнолия швырнула в неё комком салфетки.
— Фу, нет. Ты это так печально сказала. Я не собираюсь сама её вести. Я куплю, отремонтирую, а потом найду управляющего. Это будет стратегическое вложение в экономическое будущее Лаввелла.
— Ты ненормальная, — фыркнула Вилла.
Магнолия откинула волосы.
— Ну это да. Но послушай, мы не можем контролировать будущее, зато можем контролировать, как мы поддерживаем друг друга. Так что даже если ты будешь здесь, а мы с Лайлой где-то ещё, знай — мы всегда будем рядом, каждый день.
Вилла опустила голову, сдерживая очередной поток слёз.
— Спасибо.
— Мы найдём способ осуществить свои мечты. Мы настойчивые, шикарные и умные. — Магнолия подняла бокал. — Пусть весь мир катится к чёрту с дороги.
Девчонки заказали ещё одну корзинку картошки, и к тому моменту, как группа начала настраиваться, настроение у нас заметно улучшилось. С тех пор как я вернулась в Лаввелл, особо не участвовала в местной ночной жизни, но даже я знала о Джаспере Хокинсе и его группе. Пару участников работали в лесной промышленности, остальные — на гидроэлектростанции в Вудвилле. В основном они играли каверы на чужие песни, выступали на городских праздниках и свадьбах.
Магнолия пыталась уговорить нас устроить ночёвку у неё дома, когда атмосфера в баре ощутимо изменилась. Пришли Эберты. Полным составом.