Следом к компании присоединилась ещё одна незнакомка — с длинными ногами и густой прямой чёлкой.
— Это Лив, — сказала Вилла рядом со мной.
Я тихонько напевала себе под нос, изображая безразличие, но стоило ей подойти к Оуэну и пожать ему руку слишком уж воодушевлённо — и вся моя выдержка испарилась.
Я начала мять салфетку, глядя, как он улыбается ей сверху вниз.
— Она известная писательница, — пояснила Вилла. — Иногда приезжает в гости. По-моему, дружит с Ганьонами. У мамы в книжном клубе прочитали все её романы.
— А высокая, которая с ней?
— Без понятия, — пожала она плечами, её рука слегка задела мою. — Может, кто-то из Портленда.
Я стиснула зубы. Хотелось, чтобы на её месте была я. Чтобы смеялась рядом с Оуэном, касалась его руки, закручивала прядь волос на пальце и бросала на него дерзкие взгляды, пока мы играем в бильярд.
Сердце кольнуло. Это было так несправедливо.
— Можешь продолжать дуться здесь, а можешь просто пойти и поговорить с ним, — сухо заметила Вилла.
— Только не вздумай лезть к нему с языком, — добавила Магнолия. — Никто ничего не заметит. А если ты сорвёшься и начнёшь его лапать, я устрою отвлекающий манёвр.
Я засмеялась, чувствуя, как груз чуть отпускает.
— Спасибо, что прикрываете, девочки.
Я должна была остаться с подругами, наслаждаться живой музыкой и редким вечерним выходом.
Но тело не поддавалось логике, а Оуэн был слишком далеко. Мне нужно было быть рядом с ним, даже если я не могла прикасаться к нему так, как хотелось.
— Может, просто подойду поздороваться, — сказала я, скользнув из-за стола.
— Руки на месте, язык во рту, — прокомментировала Вилла.
Я обернулась, показала им язык и, развернувшись, направилась к бильярдным столам.
Я не знала, что скажу или сделаю, но знала точно — если не подойду, умру. А с остальным разберусь по ходу дела.
Глава 35
Оуэн
Я почувствовал, что Лайла здесь, в тот самый момент, когда вошёл в бар. Смотреть, как она смеётся и шутит с подругами, было настоящей пыткой.
Последние два дня я провёл в лесу с Гасом и Джудом — мотались между лагерями, проверяли, что у нас осталось, и составляли планы по завершению последних заказов. Прошло уже больше полутора лет с тех пор, как арестовали отца, и несмотря на весь бардак, Гас сумел удержать клиентов и не дать встать грузовикам. Я знал, как много это для него значит — и как горько.
Наши новые юристы завалили нас запросами и почти ежедневно назначали онлайн-встречи, чтобы обсудить прогнозы. И Лайла справлялась со всем этим с поразительной лёгкостью. Чёрт, она разнесёт всё в клочья в своей магистратуре.
У неё есть всё, чтобы стать выдающимся лидером. Я бы не удивился, если через пять лет она будет руководить крупным фондом.
А сейчас она сидела в кабинке, такая красивая, с распущенными волосами, смеющаяся так искренне, что глаза сияли. Я хотел закинуть её себе на плечо и унести обратно в свой домик в лесу, чтобы разорвать на ней всю одежду.
Но я пришёл сюда из-за Джуда.
Вообще-то я всегда избегал «Лося» — здесь шумно, полно людей, которым я не нравлюсь, и, кроме того, мне следовало бы работать. Но я не видел, как Джуд играет, уже много лет.
Он всегда обожал музыку. Мама купила ему первую гитару в комиссионке в Бангоре, когда ему было семь, и он сам научился всему, что нужно было знать.
Если бы всё сложилось иначе — если бы были деньги, возможности, да и желание — он, возможно, мог бы учиться музыке и даже сделать карьеру. Он никогда об этом всерьёз не задумывался — не в его характере идти против воли родителей. Как и Гас, он быстро получил все нужные лицензии и вернулся работать на отца.
Но играть не переставал. Ной рассказывал о его песнях, но, кажется, он единственный, кто их вообще слышал.
Пару лет назад Джуд стал иногда играть с местной группой Джаспера Хокинса — того самого лесоруба, который по вечерам превращался в рок-звезду провинциального масштаба. Мама уговаривала Джуда присоединиться к ним всерьёз, но он соглашался только подменять кого-нибудь время от времени.
Постепенно он начал раскрываться. И сегодня впервые играл в группе как основной гитарист. Гас говорил, что своих песен он по-прежнему никому не показывает, но всё же — это шаг вперёд.
Я слишком долго не был рядом с братьями. Хотелось наверстать упущенное — хотя бы пока я здесь. Так что я сидел с пивом и изо всех сил старался игнорировать оценивающие взгляды людей, которых не видел десятки лет. К счастью, в бильярд я играл неплохо — хорошее отвлечение. Да и это одно из немногих, в чём Гас не уделывал меня с лёгкостью.