С этими словами он подмигнул мне и закрыл за собой дверь.
Я сидела, ошарашенная, а в голове всё кружилось. Я повернулась к Оуэну. Он яростно печатал, лицо залилось краской. Он был явно зол.
Хм. Похоже, эта поездка становилась куда интереснее, чем я ожидала.
Глава 21
Оуэн
Это была катастрофическая идея. Я бы с удовольствием придушил Энцо за то, что он предложил представить Лайлу хоккеистам и бейсболистам, которые будут сегодня на приёме. После того как он это ляпнул и бросил на меня многозначительный взгляд, я с трудом дотянул до конца всех встреч.
А потом мне пришлось сидеть на своём диване и смотреть, как Лайла примеряет одно платье за другим — каждое красивее и сексуальнее предыдущего. Каждый раз, когда она скрывалась в гостевой, чтобы переодеться, моё сердце начинало бешено стучать в ожидании. А когда она снова выходила и спрашивала моё мнение, мне приходилось затаивать дыхание и мысленно приказывать своему члену держаться в руках.
Я был уверен: Энцо просто издевается надо мной.
Я бы его ударил, да только Делия тоже будет на этом мероприятии. А я достаточно умен, чтобы не злить Делию.
Да и в любом случае я был бы слишком отвлечён Лайлой, чтобы что-то вспомнить. После встречи мы вернулись ко мне, и швейцар сообщил, что для нас доставили несколько пакетов и коробок с одеждой.
Лайла просто светилась, глядя на платья, туфли и сумки, которые Лив подобрала и прислала к нам домой.
В итоге она выбрала тёмно-фиолетовое платье. Длинное и простое, с короткими рукавами, но на спине был глубокий вырез. Получилось скромно и при этом чертовски сексуально.
Пока Лайла делала причёску и макияж, я отправил Линде сообщение с просьбой завтра доставить Лив огромный букет цветов — в знак благодарности.
— Всё хорошо? — спросил я, передавая её пальто гардеробщику.
— Да, — кивнула она, но её улыбка была неуверенной.
Я приподнял бровь, ожидая пояснений.
Она закусила нижнюю губу и долго смотрела на меня. Наконец пригладила ткань на животе и выдохнула.
— Я не девушка для светских приёмов. Когда я ходила на что-то подобное с Коулом, он просто оставлял меня одну и делал вид, что меня нет.
Я закрыл глаза, заставляя себя не сорваться. Злость кипела внутри. Каждый раз, когда она вспоминала этого придурка, я начинал ненавидеть его сильнее. А после его «подвигов» в последние недели он и так был на вершине моего списка мудаков.
— Я не отойду от тебя ни на шаг, — сказал я, похлопав её по руке. — И нам не обязательно задерживаться. Хоть до ужина уйдём, если захочешь. Мы можем быть дома и в спортивках уже через пятнадцать минут.
Она повернулась ко мне, поправляя мой галстук-бабочку, и одарила самой нежной улыбкой. Чёрт возьми, она была потрясающей. Она всегда была красива, но сейчас… её сияющие глаза, блестящие губы — каждый взгляд на неё сбивал меня с ног.
— Я уже говорила, как ты хорошо выглядишь? — прошептала она, стряхивая пылинку с лацкана.
— Уже раз пятнадцать, — усмехнулся я.
С того момента, как я достал смокинг из шкафа, Лайла не уставала меня нахваливать. С ней на руке я чувствовал себя Джеймсом Бондом на задании.
— А ты — просто сногсшибательная, — сказал я, наклонив голову ближе к ней. — Выглядишь как принцесса. Но не из тех, что вечно в беде. А из тех, что сами надают люлей.
— Я захватила свои кинжалы, — хихикнула она, глаза искрились.
— И не сомневался. Королева кленового сиропа должна быть готова ко всему.
Я подал ей руку, и она взяла её. Мы направились в бальный зал.
— Принцесса, — поправила она по пути. — Мисс Кленовая Принцесса.
— Нет уж, — покачал я головой. — Теперь ты королева.
Я буквально парил над землёй сегодня. Гордость распирала грудь. Я представлял Лайлу своему миру — своему городу, своей работе, своему дому. Всему, чего я добился сам.
В Лаввелле я чувствовал себя неудачником, но в Бостоне я был кем-то. Не таким уж важным, как Энцо или его богач-друзья, но мужчиной, который сам построил себе место в этом мире.
Лайлу не так просто соблазнить блеском и статусом, но даже она сияла от восторга.
Мы шли к бару, и я заметил, как головы поворачивались вслед. Пара фотографов даже направила на нас камеры. Я хотел хотя бы несколько минут побыть с ней наедине — до того, как Амара вцепится в неё, а соседи Энцо не начнут кружить, как стервятники.
Я заказал два бокала шампанского, и мы чокнулись.
— За успехи в аспирантуре, — сказал я.
— А можно теперь поговорим про твой успех?
Она облизнула каплю с нижней губы, и у меня закружилась голова. Если бы она в этот момент попросила у меня номер соцстраха или пин-код от банка — я бы без колебаний выдал. Кто бы мог подумать, что я по уши влюблён в её губы?