Чувствуя, как внутри поднимается тревога, я оглянулась через плечо, потом медленно повернулась в сторону главного здания. Не успела пройти далеко, как любопытство взяло верх. Сделав глубокий вдох — сердце опять забилось, как бешеное, — я трусцой вернулась к мастерской.
И там, возле тех самых черных контейнеров, мимо которых я недавно пробежала, — я застыла. Черт возьми. На земле лежал мужчина. Всё лицо в крови. Он не шевелился.
Черт. Черт, черт.
Я судорожно вытащила телефон из поясной сумки, пальцы дрожали, пока я пыталась его разблокировать.
Подойдя ближе, я попыталась разглядеть, жив он или нет. Лицо было почти не узнать под слоем крови, тело — будто сложено неправильно, как тряпичная кукла.
Он лежал прямо на виду.
— Девять-один-один. В чем ваша экстренная ситуация?
— Я в штаб-квартире Hebert Timber, — выдохнула я, с трудом переводя дыхание. — Здесь лежит мужчина. Он истекает кровью.
Мозг отключился. Черт.
— Какой адрес у этого места?
— 527 Камберленд-роуд, — выпалила я, когда наконец вспомнила. — Вниз по дороге от главного здания, рядом с машинным цехом.
— Хорошо, помощь уже в пути. Можете сказать, дышит ли он?
Я подошла ближе и прищурилась, пытаясь уловить, поднимается ли его грудь. Хоть бы Вилла была здесь. Она бы знала, что делать.
Голова у него точно кровоточила. Я осмотрела его тело, ища оружие. Ничего подозрительного рядом не увидела, поэтому опустилась на колени. Пальцы дрожали, когда я включила громкую связь, положила телефон на бетон и сняла худи. Прижала ткань к ране на голове, а второй рукой аккуратно проверила пульс на шее.
Я не до конца понимала, что именно должна почувствовать, но спустя пару секунд уловила едва заметное движение его груди.
Он был жив.
Черт. Теперь главное — удержать его в таком состоянии до приезда скорой.
Не обращая внимания на кровь, заляпавшую мои руки, я вновь попыталась нащупать пульс. Слабое биение под пальцами ощущалось — еле-еле, но было.
Меня затошнило от резкого металлического запаха крови. Ком подступил к горлу, но я заставила себя сдержаться. Я не собиралась падать в обморок и тем более не позволю какому-то незнакомцу умереть у меня на глазах.
Я пододвинулась ближе, дрожа сильнее, и попыталась вытереть кровь с его глаз, насколько это было возможно.
На вид он был чуть старше меня. На нем был только один ботинок — тот самый второй я, видимо, и заметила на парковке.
Что, черт возьми, с ним произошло? Его сбила машина?
— Пожалуйста, живи, — прошептала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. — Мы не знакомы. Ты не знаешь меня, я не знаю тебя. Но помощь уже рядом. Просто держись.
Когда я услышала звук сирен, слезы уже текли по щекам.
В деревенских городках не стоит ждать молниеносного реагирования, но в Лаввелле была отличная пожарная часть. Как и ожидалось, первой показалась машина скорой, а за ней — пожарный автомобиль.
Полиция, как водится, прибыла последней.
Фельдшеры выскочили из машины всего за пару секунд. Я все еще стояла на коленях рядом с мужчиной, когда они проверили пульс, надели на него кислородную маску и принялись осматривать на предмет травм позвоночника.
Пока они работали, один из них сообщил офицеру, что при мужчине не было ни телефона, ни кошелька, ни каких-либо документов.
Меня накрыла новая волна ужаса. Как такое вообще могло случиться?
Я вздрогнула, когда чья-то мягкая рука легла мне на плечо. Моргнув, я подняла взгляд. Надо мной склонился Роб и протягивал руку. Дрожащей ладонью я вложила свою в его, позволив поднять себя с земли и отвести в сторону от всей этой суматохи.
Когда мы отошли на безопасное расстояние, он остановился, положил ладони мне на плечи.
— Ты в порядке?
— Я… — я покачала головой и показала ему окровавленные руки. — Не знаю.
— Ладно. Давай присядем, я найду тебе куртку. А потом все обсудим.
Мы были уже на полпути ко входу, когда из здания вылетел Оуэн. Завидев меня, он резко застыл, а потом бросился вперед.
— Могу я чем-то помочь, офицер? — его голос был резким, почти угрожающим.
— Просто отведу Лайлу внутрь, чтобы она согрелась. Потом поговорим.
— Это обязательно? У нас есть камеры. Гас вот-вот подъедет, поможет вам.
— Она нашла тело, — жестко сказал Роб.
Мужчины смерили друг друга ледяными взглядами, ни один не собирался уступать.