– «Руки скользящей волны» – плод взаимного обмена навыками моей наставницы с Клинком Юга – великим героем Ли! – гневно перебила его Ваньэр. – Некогда им довелось странствовать вместе, и даже мы, ее ученицы, не достойны стать преемницами столь великого искусства, а ты взял и так опозорил его!
– Клинок Юга? – удивленно переспросил мужчина.
– Именно! Что, совесть грызет? – презрительно закатила глаза Ваньэр. – Да-да, того самого, знаменитого, из Шу…
Не успела она договорить, как где-то позади послышался топот копыт.
Переулок выходил на торговую улицу, люди бесконечно сновали туда-сюда, но взявшийся словно из ниоткуда отряд всадников, одетых во все черное, безжалостно вторгся в оживленную суету. Их появление подобно клинку изорвало в клочья праздничный наряд улицы, и она вмиг вся наполнилась криками и плачем. Выглянув из переулка, Ваньэр увидела лишь пронесшиеся мимо угольно-черные одежды. Их предводитель в развевающемся плаще осадил коня прямо перед чайным домом.
Один из торговцев, чей прилавок неудачно подвернулся под ноги лошадям, в ярости бросился было к всаднику, но тот лишь молча достал из-за пояса черную бирку с надписью «Таньлан».
Торговец, побледнев, рухнул на колени и пополз прочь.
– Это… Шэнь Тяньшу? – испуганно произнесла Ваньэр.
Да чтобы в такое ничем не примечательное место на окраине столицы пожаловал сам Таньлан из Семи звезд Северного Ковша! Горожане тут же испуганно расступились, разбегаясь кто куда. Шэнь Тяньшу пальцем указал на вывеску чайного дома. Один из подчиненных за его спиной тут же шагнул вперед и взмахнул кнутом. Тот изогнулся со свистом – и деревянная табличка с грохотом рухнула наземь.
Хозяин чайной, пошатываясь и спотыкаясь, выбежал наружу. Увидев незваных гостей в черном, он в ужасе рухнул на колени и заверещал:
– Ваше сиятельство! Господа! Сей ничтожный всегда готов подобающе встретить почтенных гостей. Дела я веду честно, законов не нарушаю! Осмелюсь спросить, чем же заслужил приезд столь важных господ?
Человек с кнутом холодно бросил:
– Не болтай вздор. Где разбойник?
На глаза хозяина уже наворачивались слезы:
– Почтенные, взгляните – у нас даже висит табличка «О государственных делах не рассуждать». К нам ходят только местные завсегдатаи, а те рта лишний раз не раскроют! Откуда тут быть разбойникам?
– Неужели такая шумиха из-за пьяного бреда того болтуна-ученого? – тихо прошептала Ваньэр. – Что за времена настали? И слова сказать уже нельзя!
– Вряд ли, – так же тихо отозвался простолюдин. – Даже если двор объявил охоту на несогласных, то за пьяным ученым, который даже меча в руках не держал, не стал бы гоняться сам Шэнь Тяньшу. Это глупо – все равно что резать курицу ножом для убоя скота.
Чем больше он говорил, тем сильнее злилась Ваньэр.
– Ты что вообще такое несешь? Какой еще «нож»? Эй! Ты вообще сам кто такой?
«Обжора» не успел ответить. Шэнь Тяньшу спешился и размеренным шагом приблизился к хозяину заведения. Таньлан взглянул на него свысока:
– Мужчина, ростом под восемь чи, одет как простолюдин, за спиной – деревянный ящик. Внутри – переписка казненного на днях у врат Умэнь преступника с его сообщниками. Был тут такой?
Ваньэр резко обернулась, уставившись на своего собеседника, который поспешил оправдаться:
– Это не я! У меня же не ящик, а…
Его снова прервали: мужчина с кнутом в руке резко толкнул хозяина чайного домика в плечо, и тот, вскрикнув, рухнул на землю.
– Значит, не было? – Шэнь Тяньшу растянул губы в язвительной улыбке. – Получается, мой осведомитель соврал?
Из толпы вышел другой человек в черном – один из тех, что вечером сидели в чайном доме.
– За ложные сведения полагается вырвать глаза и отрезать язык, – Шэнь Тяньшу ткнул носком сапога голову хозяина заведения. – Так кто из вас двоих врет? Чьи глаза мне вырвать? Чей язык отрезать?
Осведомитель лихорадочно затрясся, лицо его озлобилось, а из рукава что-то выпало, сверкнув серебром. Он резко схватил хозяина за подбородок:
– Мерзавец! Как смеешь ты лгать в лицо господину Шэню!
С этими словами он опустил лезвие ниже и безжалостно надавил на него – еще немного, и оно вспороло бы несчастному горло.
Ваньэр не захотела смотреть, как прольется невинная кровь, и гневно воскликнула:
– Прекратите!
Но не успел крик сорваться с ее губ, как с верхнего этажа плавно спорхнул еще один мужчина – тот самый, поглощенный своими мыслями гость, сидевший у южного окна.
Простолюдин вытянул руку, удерживая Ваньэр от безрассудных поступков.
В тот же миг незнакомец, едва коснувшись земли, легким взмахом рукава отшвырнул напавшего на хозяина чайного домика осведомителя, и тот, точно щепка, полетел в сторону. Сам боец, скрестив руки на груди, выпрямился и холодно поприветствовал предводителя Семи звезд Северного Ковша: