Чужаки действительно не могли попасть на заставу, если какой-нибудь надежный человек заблаговременно не замолвил за них словечко. Ли Цзиньжун оценила искренность юноши и кивнула:
– Это пустяк. Господин Се, позвольте нам проявить гостеприимство и не погнушайтесь нашей скромной обителью. Пожалуйста, пройдемте, – она жестом пригласила всех за собой. – Кому вы хотите передать письмо? Я найду для вас этого человека.
– Скажите, – начал Се Юнь, – среди вас есть некий Чжоу Цунь, известный также как господин Ганьтан?
Ли Цзиньжун, шедшая впереди, резко остановилась, но оборачиваться не стала, чтобы никто не увидел ее лица. Ли Янь с Ли Шэном такого имени никогда не слышали и только обменялись недоуменными взглядами. Но в сердце Чжоу Фэй вдруг закралось нехорошее предчувствие. После долгого молчания глава Ли продолжила путь и тихо спросила:
– Кто вам сказал, что этот человек находится здесь?
– Тот, кто попросил меня доставить послание, – ответил Се Юнь.
Женщина повернулась, бросив в его сторону надменный взгляд:
– А если он обманул вас?
Юноша знал, что Сорок восемь крепостей самозванца из Северной столицы не жаловали, но тот, кто попросил его доставить весточку, был влиятельным человеком из Южной династии. Быстро взвесив все за и против, он решил действовать открыто:
– Вещь, которую тот человек доверил мне, очень важна: даже если предположить, что он отправил меня сюда смеха ради, к ней он не стал бы так беспечно относиться.
Ли Цзиньжун спокойно продолжила расспросы:
– Что еще он вам сказал?
Се Юнь задумался на мгновение:
– О, давным-давно у него, вероятно, возникли какие-то разногласия с главой Ли. Но это не имеет большого значения, ведь она наверняка очень занята, и мы не станем ее тревожить.
Стоило Се Юню замолчать, как он заметил, что лица двух спасенных им негодников стали слишком уж напряженными – на них так и читалось: «Тебе конец». Мысли его озарила смутная леденящая душу догадка, и он еще раз, но уже с некоторым подозрением посмотрел на «мягкую и добросердечную» госпожу, шедшую впереди.
Ли Цзиньжун обернулась и с натянутой улыбкой спросила:
– Разве Лян Шао не сказал тебе, какие именно «разногласия» возникли между нами?
Юноша так и застыл. «Добросердечная» госпожа оказалась ни кем иным, как самой демоницей Ли!
Если бы существовали состязания среди неудачников, то Се Юнь со своим везением наверняка всякий раз бы в них выигрывал.
– Уже одной только связи с Лян Шао достаточно, чтобы я размазала тебя по стене, – процедила Ли Цзиньжун – на лице ее не осталось и следа недавней улыбки. – Но ты спас мою дочь и племянника, так что можем считать, что мы в расчете. Отдай мне Аньпинский приказ этого старого козла и можешь уходить. Не смею тебя задерживать.
Се Юнь отступил на полшага, осмотрелся и боковым зрением заметил устремленные на него настороженные взгляды. В мгновение стерев с лица досаду, он даже в таком непростом положении нашел силы улыбнуться.
– Значит, госпожа и есть глава Ли, чье имя держит в страхе всю Северную столицу, – спокойно ответил он. – Для меня большая честь встретиться с вами сегодня, и я не имею права ослушаться. Вот только не знаю, если передам вам Аньпинский приказ, как вы поступите с этой вещицей?
Под ногу Ли Цзиньжун как раз попал маленький камушек. Выслушав незваного гостя, она промолчала, лишь подняла носок и легонько наступила на камень так, что тот вмиг раскрошился в пыль, будто засохшая рисовая лепешка.
– Глава Ли великодушна, как и ожидалось, поэтому не вижу смысла придумывать оправдания, – кивнул Се Юнь. – Однако старейшина Лян уже скончался. И на смертном одре он доверил послание мне… Я поклялся бескрайнему Небу и бездонной преисподней, что лично передам его господину Чжоу, а потому, покуда меня еще не стерли в порошок, не могу позволить ему попасть в третьи ру…
В то же мгновение Се Юнь внезапно исчез, не договорив: все его тело будто стало размытой тенью, которую тут же сдуло порывом ветра на несколько чжанов!
Услышав о том, что старейшина Лян скончался, Ли Цзиньжун на мгновение опешила – ей было трудно в такое поверить. Заметив, что юноша решил сбежать, она, опомнившись, гневно крикнула:
– Взять его!
Рукава главы Ли встрепенулись, а в ладонях она уже собирала силу для удара. Чжоу Фэй, только сейчас окончательно пришедшая в себя после произошедшего, вновь оказалась в полном замешательстве: ей не хотелось смотреть, как мать до смерти избивает человека, спасшего их от «чудовища». Не задумываясь о последствиях, она скользнула вперед.