Это уже точно переходило все границы.
Однако госпожа Ван прикрыла глаза и заговорила тем же умиротворяющим голосом, что и прежде:
– Я преодолела тысячи ли, чтобы вернуться домой и снова встретиться со своим сыном. У меня, как у падающего с ветки листа, есть лишь одно заветное желание – вернуться к своим корням. Повозку и лошадей я отдать не могу, умоляю вас, сжальтесь над нами.
Разбойник злобно рассмеялся:
– Это уже не от тебя зависит, старуха!
В тот же миг они с напарником, будто прочитав мысли друг друга, одновременно бросились с мечами наголо на госпожу Ван.
Вдруг кто-то со свистом, словно ветер, ворвался во двор и закричал:
– Да как вы посмели!
Ли Шэн подоспел как раз вовремя. Кинжал в его руке закрутился точно в танце, и он направил его на разбойника с мечом. Обменявшись десятком быстрых ударов, оба отступили на шаг, удивившись мастерству друг друга.
Чжоу Фэй больше не нужно было разрешение, чтобы ринуться в бой. Она отразила удар второго человека в маске. Их клинки скрестились. Рослый и крупный мужчина полагал, что Фэй – всего лишь маленькая девочка, едва научившаяся управлять своей внутренней ци, и, злобно ухмыльнувшись, с силой начал оттеснять ее. Поднявшийся от соприкосновения клинков ветер со свистом сдул тряпку с ее головы, обнажив тонкие черты лица. Человек в маске расплылся в слащавой улыбке:
– Ой, а кто это тут у нас…
Но не успел он закончить фразу, как клинок ослепительной вспышкой пронесся прямо перед ним. Разбойник невольно отклонился назад, почувствовав, как исходящая от острого лезвия прохлада едва коснулась кончика его носа. Клинок Чжоу Фэй невероятным образом перевернулся в воздухе и заскользил прямо над его головой. Разбойник пусть и пригнулся вовремя, но подняться не успел и почувствовал, как ветер рассекает воздух у его ног. Он попытался было подпрыгнуть, но лезвие снова сверкнуло у него перед глазами.
Мужчина в маске начал выходить из себя. Он собрался с силами и с криком выставил свое оружие вперед, защищаясь от удара Чжоу Фэй. Однако узкий клинок лишь ненадолго приостановился и, замедлившись, продолжил приближаться к противнику. Разбойник почувствовал невероятную силу, исходящую от лезвия шириной всего в четыре пальца, которое уверенно целилось ему в грудь.
Рыжая собака, которую прежде отшвырнули в сторону, наконец с трудом поднялась, оскалив зубы, и уже приготовилась залаять, но замерла, пораженная увиденным, и жена старосты вместе с ней.
Разбойник в ужасе вскрикнул:
– Это же «Клинок, рассека…»
Но госпожа Ван вдруг закашлялась, легко прервав попытку разоблачить приемы Чжоу Фэй. Опираясь на свою трость, окруженная сталью, то и дело сверкавшей тут и там, она сказала:
– Девчонка, я же говорила тебе, что, путешествуя по миру, нужно быть сдержанной, соблюдать правила и уважать других. Но, конечно, с такими невежами уже ничего не поделаешь.
Жена старосты, как и все, считала старушку обычной пожилой женщиной, которая пыталась избежать потасовки. Теперь же она увидела, что все ее сопровождающие, включая юную служанку, обладали невероятными боевыми навыками, а старушка продолжала нудно ворчать о «правилах» и «уважении». Нетрудно догадаться, что эта пожилая госпожа – самый что ни на есть волк в овечьей шкуре. Придя от собственных мыслей в ярость, она уже собралась возразить:
– Так вы…
Но старушка Ван, сделав паузу, продолжила словно на последнем издыхании:
– Что ж, тогда придется их убить.
Жена главы деревни потеряла дар речи. Рыжая собака жалобно завыла, поджав хвост.
Чжоу Фэй и Ли Шэн, потомки знаменитых семей, явно обладали навыками выше среднего, иначе Ли Цзиньжун и вовсе за ворота бы их не пустила, но они вышли в мир впервые и еще не видели крови. Да, в бою они действовали уверенно, но, когда дело доходило до смертельного удара, могли замешкаться. Пройди клинок Чжоу Фэй чуть выше, разбойник уже лежал бы бездыханный в луже собственной крови.
Как только госпожа Ван закончила говорить, разбойник, сражавшийся с Ли Шэном, понял, что их дела плохи, и, рискуя жизнью, в отчаянной попытке покончить с противником с криком ударил его наугад. Молодой мастер Ли невольно отступил, всего на полшага, и разбойник промчался мимо него и махом запрыгнул на крышу, намереваясь сбежать. Но едва его ноги взмыли в воздух, он, точно бумажный змей с оборванной веревкой, беспомощно отлетел в сторону, врезавшись в соломенную крышу, и медленно сполз по стене. У Ли Шэна перехватило дыхание: в спине человека в маске торчал маленький кинжал размером с ладонь, на рукояти которого был вырезан маленький отросток бамбука.