«Стрела Сяосян» – прием, не являвшийся миру боевых искусств более двух десятилетий!
Старушка Ван молча опустила руку, поправила волосы у виска и тихо сказала:
– Фэй! Что же ты медлишь? Если кто-нибудь из них сбежит, как ты думаешь, пощадят ли они жителей деревни в следующий раз?
Услышав ее слова, Чжоу Фэй мгновенно изменилась в лице. Решив действовать иначе, она перебросила клинок в другую руку, бесшумно, словно призрак, развернулась на месте и вцепилась в рукоять обеими руками, чтобы нанести решающий удар. Тот самый, который она мысленно отрабатывала всю дорогу, – «Клинок, рассекающий лед».
Черепица с грохотом посыпалась с крыши. Разбойник оказался сбит с ног, а маска отлетела в сторону. Лезвие пронзило подбородок – на рассеченном лице застыло недоумение.
Ему выпала честь стать первой за долгие годы душой, павшей от «Клинка, рассекающего лед» – атаки, вновь вернувшейся в мир боевых искусств.
Глава 8
Черная тюрьма
Даже в этом проклятом месте нашлись «добрые соседи»!
Чжоу Фэй применила настоящий «Клинок, рассекающий лед» впервые, и ее саму поразил исходящий от него поток бесконечного холода и жестокости, так что она еще долго не могла прийти в себя.
«Он умер? Вот так просто?» – думала девушка, не сразу осознав случившееся.
В Сорока восьми крепостях Чжоу Фэй каждый день только и делала, что совершенствовалась, но за всю жизнь не зарезала ни одной курицы. Она почувствовала, как что-то стекает по лицу, невольно провела рукой по щеке – кровь. Нельзя сказать, что она испугалась или почувствовала вину, но умыться почему-то захотелось.
– Шэн, закатай штаны этих двоих и осмотри их ноги, – сказала госпожа Ван.
Ли Шэн тоже чувствовал себя неловко, и у него на это было сразу две причины: во-первых, из-за своей нерешительности он чуть не позволил одному из нападавших сбежать; во-вторых, он заметил, что сегодня Чжоу Фэй атаковала иначе – намного мощнее, чем на поле Сорока восьми цветов. Он не сомневался: этому приему ее научила Ли Цзиньжун. Искусство «Клинка, рассекающего лед» передается в семье Ли из поколения в поколение, и тетя научила Чжоу Фэй, а ему и слова не сказала! Мысли, точно шипы, пронзили его сердце насквозь и больно царапали горло – ни выплюнуть, ни проглотить.
– Госпожа, а что не так с ногами? – спокойно спросил он.
– Проверь того, – старушка указала на другого грабителя.
Ли Шэн обошел Чжоу Фэй стороной и даже мельком не взглянул на нее, лишь уставился на искалеченный труп. В мыслях вдруг пронеслось внезапное решение: «Я не вернусь. Если я не добьюсь чего-то, что заставит тетю гордиться мной, я не вернусь». Раздумывая о своих устремлениях, он закатал штанину второго нападавшего.
– Такие толстые… – пробормотала Чжоу Фэй.
Ли Шэн наконец отвлекся от своих терзаний и присмотрелся. Нижняя часть тела мужчины и впрямь выглядела странно: голени были широкими – вдвое толще, чем у обычного человека, – а кожа отливала глянцем, отчего конечности напоминали гладкие каменные глыбы. Сразу понятно, что эти ноги невероятно крепкие. К счастью, Чжоу Фэй не позволила ему использовать их в бою, иначе с ее неопытностью в этой схватке она бы точно не выстояла, и исход мог быть куда печальнее.
Во двор уже подоспели Дэн Чжэнь и другие ученики.
Старушка Ван задумчиво прикрыла глаза, поглаживая свою трость, и спросила:
– Кто-нибудь сбежал?
Дэн Чжэнь многое повидал за свою жизнь, опыта накопил немало и всегда знал, как следует поступать.
– Нет. Несколько из них пытались сбежать, но мы всех схватили: и людей, и лошадей, – ответил он. – Я их пересчитал, не беспокойтесь, наставница.
– Хорошо, приберитесь здесь, – приказала госпожа Ван. – Фэй, верни мне мою шпильку. Мы сейчас же уезжаем.
Она замещала главу школы Сяосян уже давно, и ученики привыкли подчиняться ее приказам. Хором выпалив «Слушаюсь!», они быстро и слаженно замели все следы побоища: тела, пятна крови, разбросанное оружие… Все исчезло в мгновение ока, словно здесь никого не было и ничего не происходило. Покуда деревенские будут держать рот на замке, даже если кто-то придет на разведку, не обнаружит ничего подозрительного.
Чжоу Фэй смотрела на все с изумлением. Она знала, что искусство меча школы Сяосян отличалось коварством и жестокостью, кроме того, ее последователи использовали особые приемы для скрытого оружия, но чего девушка никак не ожидала, так это того, что в их семье «по наследству» передаются еще и такого рода навыки. Заметать следы – кропотливая работа, требующая сноровки; наблюдая за старшими братьями по учению, она узнала много нового. Когда они закончили, Чжоу Фэй сразу побежала к реке, чтобы наконец вымыть лицо. Заметив, что тряпье, которое ей одолжила добрая женщина, тоже было заляпано кровью, она решила заодно отстирать и его.