По словам Ли Цзиньжун, семья генерала У, мать и двое детей, – почетные гости Сорока восьми крепостей. Слабые и беззащитные, они легли на плечи Чжоу Фэй тяжким грузом. Но страх на лице барышни У вмиг развеял все сомнения.
«Если испугаюсь я, что же станется с ними? – рассуждала про себя „разбойница“. – Была не была! Будем пробиваться».
– Все в порядке, – ответила она наконец юной госпоже У. – Не надо бояться.
После смерти генерала У от рук предателей род его пришел в упадок. Юная барышня У родилась в несчастливое время: семья хоть и считалась по-прежнему знатной и состоятельной, вынуждена была перебираться из укрытия в укрытие, а в скитаниях благородству грош цена. Так она и следовала за своей матерью, пока в конце концов все вместе они не оказались в заточении. Слонявшиеся без дела стражники то и дело заявлялись к их клетке, искоса поглядывая. От страха, стыда и отчаяния девушка едва не разбила себе голову о каменную стену, дабы раз и навсегда покончить со всем этим кошмаром. Но рядом были мать и брат. Каждый день они беспомощно смотрели друг на друга, не решаясь показать другим свою слабость.
Барышня У в замешательстве уставилась на меч в руках своей ровесницы и вдруг спросила:
– Ты не боишься?
Чжоу Фэй подумала, что девушка просто ищет утешения, и, чтобы развеять ее страхи, ответила с нарочитой беззаботностью:
– Чего тут бояться? Будь у меня еще десять лет упражнений за плечами, я бы и вовсе сравняла эту гору с землей.
Юная госпожа У через силу улыбнулась, опустила глаза, взглянув на свои слабые руки, и тихо сказала:
– Я ни на что не гожусь, только и могу быть для всех обузой.
Чжоу Фэй уже открыла рот, но так ничего и не ответила: барышня У действительно была беспомощна, а эти звери не стали бы относиться к ней лучше, узнав, что она умеет вышивать и красиво читать стихи. Тут и говорить нечего. Однако с тех пор, как Чжоу Фэй спустилась с гор, девушек своего возраста она почти не встречала, а потому все же задумалась на мгновение.
– Не совсем так, – вдруг выпалила она. – С детства мой отец говорил, что миром правят волки и шакалы, вот мне и пришлось учиться с ними сражаться… А твой… А твой отец, наверное, просто не успел тебе этого сказать.
Она произнесла это так небрежно, что на барышню У невольно накатила волна невыразимой печали, а из глаз ее едва не хлынули слезы. Се Юнь тоже все слышал: он стоял, прислонившись к двери, и раздавал указания толпе. Обернувшись, он взглянул на Чжоу Фэй; глаза, всегда искрящиеся радостью, слегка потускнели, словно он вспомнил о чем-то плохом.
Вдруг земля снова задрожала, а вдалеке послышались истошные вопли.
Оказалось, Тун Кайян явился не один: он просто шел слишком быстро и оставил своих людей позади. Теперь же армия Уцюя яростно ворвалась в горную долину. Беглецы, которых Чжоу Фэй и остальные освободили из тюрьмы, бросились врассыпную и теперь столкнулись с этими убийцами лицом к лицу. Несчастные еще не до конца оправились от яда и едва ли могли как следует дать отпор. Их участь была решена.
Едва почувствовав вкус свободы, они лишились жизни, и теперь их обезглавленные тела устилали ущелье. Повсюду шла резня, камни и трава – все отливало кровавым блеском. В горной долине царило смятение: пока одни гибли от мечей и стрел, других насмерть затаптывали лошади.
У Чжоу Фэй кровь в жилах стыла от увиденного, а ведь ей казалось, что ужаснее разграбленных деревень, которые встретились им по пути, вряд ли что-то найдется. Кровавое зрелище поражало: даже опытные бойцы цепенели от страха, а госпожа У и вовсе едва могла стоять на ногах.
– Мама! – плач сына вернул ее в сознание, и она из последних сил старалась не рухнуть в обморок.
Се Юнь наклонился, поднял мальчика на руки и прижал его лицом к своей груди, чтобы заслонить от творящегося вокруг кошмара.
– Всем держаться вместе, не разбегаться! Следуйте за мной! – решительно крикнул юноша.
Люди прислушались к его словам: невольно проникшись к своему спасителю доверием, они беспрекословно следовали его указаниям. Отряд выходцев из Сорока восьми крепостей собрался вокруг госпожи У и ее дочери плотным кольцом, стараясь защитить их. Так горстка едва вернувшихся к жизни людей последовала за Се Юнем, поспешно отдаляясь от места сражения, словно заблудшая рыба в большой реке, отбившаяся от косяка.
Увидев, что Чжоу Фэй замешкалась и все еще оглядывается по сторонам в поисках чего-то, Чжан Чэньфэй поспешно окликнул ее:
– Фэй, быстрее, там никого нет!
– Ты не видел Ли Шэна? – спросила она, подбежав к нему.
От услышанного у брата Чэньфэя голова пошла кругом. Он уже в который раз мысленно проклинал того нерадивого старшего, который взял этих двоих детей с собой и не уследил за ними. Бегают теперь друг за другом непонятно где!