— Я бы предпочел поговорить о работе, — отвечает он.
— Тебе уже тридцать четыре, — продолжает мама. — Твоя жизнь не может вращаться только вокруг зарабатывания денег. Всем нужна любовь.
Рё подходит к Юки и обнимает ее за плечи.
— Моя семья дает мне всю необходимую любовь.
— Хм. — Мама сердито смотрит на него. — Но мы видимся с тобой только раз в несколько лет.
С извиняющимся выражением лица он говорит:
— Я постараюсь чаще навещать вас.
— Уж постарайся.
Рё смотрит на меня, молча умоляя помочь брату.
— Хватит, мам. — Чтобы сменить тему, я спрашиваю: — У кого мы будем отмечать Рождество в этом году?
— У нас, — отвечает папа. — И готовьтесь к огромному количеству подарков для Кая.
— Ему будет всего пять месяцев, — возражаю я.
— Мне все равно, — вмешивается мама. — Это будет его первое Рождество, и я устрою ему полноценный праздник.
Обжарив мясо, я выкладываю его на сервировочное блюдо и ставлю на стол.
— Еда готова.
На несколько минут все замолкают, наполняя свои тарелки. Пока Юки играет с Каем, я накладываю побольше еды, чтобы покормить ее.
Я нарезаю стейк полосками, чтобы ей было удобнее, затем беру две вилки и сажусь рядом с женой.
Я улыбаюсь сыну, пока Юки насаживает кусочек мяса на вилку.
— Ну как? — спрашиваю я, когда она проглатывает его.
— Вкуснятина. Именно так, как я люблю.
Пока мы едим, папа лукаво смотрит на меня и спрашивает:
— Так когда вы планируете завести еще одного ребенка?
Я чуть не проклинаю папу, но проглатываю эти слова, качая головой.
— Как только Кай научится ходить в туалет.
— Господи, Аугусто, — ахает мама. — Это плюс-минус четыре года!
— Именно. — Я хмуро смотрю на папу. — Спасибо, пап.
— Просто стараюсь поддержать разговор, сынок.
— А если серьезно, вы собираетесь ждать столько лет? — спрашивает мама.
— Мы заведем еще одного ребенка, когда будем готовы, — говорю я, считая тему закрытой.
Если бы все зависело от мамы, моя бедная жена рожала бы детей каждый год. Она живет ради внуков.
Кай начинает капризничать, и, не успеваю я поставить тарелку, чтобы взять его, мама вскакивает на ноги.
— Иди к бабушке, мой милый мальчик.
— Спасибо, мам, — говорю я, протянув тарелку Юки. — Ешь больше, любовь моя.
— Ты тоже. — Она набирает полную ложку картофельного салата и, жуя, довольно стонет: — Ты готовишь самый лучший салат, мам.
Я ерзаю на стуле, пытаясь скрыть свою эрекцию, потому что моя жена не умеет сдерживать стоны в присутствии семьи.
Заметив это, она шепчет:
— Прости.
— Ты заплатишь за это позже.
Наклонившись ближе к моему уху, она отвечает:
— Не пытайся угрожать мне хорошим времяпрепровождением.
— О чем вы двое шепчетесь? — спрашивает папа.
— Ни о чем, — отвечаем мы одновременно, отчего он усмехается.
С каждым годом папа становится все более озорным и обожает устраивать хаос. Втайне мне это нравится, но я никогда ему в этом не признаюсь.
Мой взгляд перемещается на маму, которая укачивает Кая, нежно воркуя с ним.
Надеюсь, мы с Юки будем такими же, как мои родители, когда достигнем их возраста.
Обняв своего маленького оборотня за плечи, я прижимаю ее к себе, радуясь, что мне суждено состариться вместе с ней.
Конец
1 Главная фигура в иерархии якудза, лидер клана и управляющий всей организацией.
2 Реликтовое голосеменное растение, единственный сохранившийся представитель обширного класса гинкговых.
3 Алкогольный коктейль на основе водки, ликера трипл-сек, лимонного и клюквенного сока.
4 Мифическое существо-ёкай в японской мифологии и фольклоре, лисица, обладающая сверхъестественными способностями. По поверьям, живет сотни и даже тысячи лет, может превращаться в других животных и человека.
5 Стандартная форма разговорного китайского языка. Название происходит от ассоциации с мандаринами — чиновниками имперского Китая.
6 Это корейская письменность, фонетическая система письма. В отличие от китайских иероглифов, хангыль — простой и логичный алфавит, в основе которого лежат строгие принципы фонетической записи.