— Знаю. Это Иран.
— Правильно. Но, как считаешь, нашей российской домохозяйке не один ли черт, Иран это, Афганистан или Пакистан? Привезли шелк откуда-то с юга, значит, он персидский, другого и быть не может. А в Пакистане, к твоему сведению, текстиль — одна из основных статей экспорта. Понял, к чему я веду?
— Нет, — произнес недоумевающий Тарасов.
— И не надо пока. Вот адрес, — Мулько ткнул пальцем в газету. — В курсе, как туда попасть?
— Конечно. Я был у них сегодня утром, когда Ларису Аркадьевну разыскивал.
Офис фирмы «Блицкриг» находился в двадцати минутах езды от Правобулачной набережной. Это было сравнительно новое двухэтажное здание, выполненное в классическом стиле. За высоким, ажурного литья, чугунным забором Мулько разглядел блестевший на солнце отделанный мрамором фасад и две массивные колонны, украшавшие парадный вход. Весь внешний облик сооружения буквально вопил о непоколебимости благосостояния своих владельцев, об их твердой уверенности в собственных силах и абсолютном спокойствии за день грядущий.
Мулько посоветовал Тарасову остановить машину чуть поодаль от центральных ворот. Тот выполнил распоряжение и, убирая ногу с педали тормоза, заявил:
— Как хотите, товарищ майор, но одного я вас туда не пущу. У меня приказ.
Мулько криво усмехнулся.
— Ты что же, старлей, думаешь, выхвачу я сейчас свой табельный и стану прорываться с боем, укладывая всех направо и налево?
— Не знаю, — насупился Тарасов, адресовав майору сконфуженный взгляд. — А зачем мы здесь?
— Осмотреться, прикинуть, что к чему. Кто знает, может, нам повезет и мы прямо отсюда, присосавшись к Тропинину, поводим его по городу, зафиксируем кое-какие контакты, адреса. — Мулько посмотрел на стрелки наручных часов. — Я полагаю, известие о гибели своего финдиректора он уже получил или вот-вот получит.
— А я полагаю, что он его получает прямо сейчас, — Тарасов вытянул руку и указал на припаркованные у ворот белые «Жигули» пятой модели. — Милицейская машина.
— Как определил?
— По номерам. Серия эта в городе каждой собаке известна.
Мулько закурил сигарету.
— Значит, нам повезло, тезка, — констатировал он. — Руку могу отдать, Тропинин покажется здесь сразу после отъезда оперов. Ждем-с…
И действительно, через несколько минут после того, как белые «Жигули» скрылись из виду, ворота особняка распахнулись и взглядам офицеров предстал сверкающий представительский «Мерседес» черного цвета. Автомобиль плавно вырулил на проезжую часть, водитель дал газ, и лимузин в считанные секунды преодолел добрых полторы сотни метров дороги.
— О чем задумался? — поинтересовался Мулько у Тарасова. — Двинулись!..
Старший лейтенант с пробуксовкой сорвал машину с места и, догнав «Мерседес», пристроился сзади с интервалом в две машины от преследуемой иномарки.
Некоторое время они ехали молча. Тарасов вел машину уверенно, стабильно выдерживая взятый в начале пути интервал. Если какой-нибудь лихач, сам того не ведая, увеличивал расстояние между «Волгой» и «Мерседесом», старший лейтенант, умело лавируя в потоке автомобилей, быстро восстанавливал дистанцию.
Когда Тарасов, следуя за «Мерседесом», выехал на широкую и длинную Южную магистраль, Мулько тяжело вздохнул и с недовольным видом покачал головой:
— А мне Каримов тебя нахваливал. Говорил, не так-то просто от тебя уйти.
— Не понимаю, товарищ майор…
— Можно просто Александр Иванович, — разрешил Мулько. — Вот ты только представь себе на мгновение, что за рулем «Мерседеса» сидит профессионал. Если это действительно так, то он тебя давно вычислил.
— Каким образом?
— Посредством инспекции своих тылов. Ты думаешь, интервал в две машины — надежное прикрытие?
— Я мог бы его увеличить, если б действовал с подстраховкой. — Тарасов на мгновение умолк и спросил: — А как бы работали вы?
Мулько сделал рукой характерный жест:
— Поравняйся с ним. Обойди справа и поравняйся.
Тарасов выполнил указание.
— Отсюда прими еще правее и газуй, — продолжал Мулько. — Газу, газу, лейтенант! Уйди от него на полста метров. Вот так, приблизительно… Ну, а теперь знай только в зеркальце посматривай, чтобы не потерять… Движок, Саня, у тебя — что надо!
Пропустив мимо ушей последнюю реплику майора, Тарасов недоуменно на него посмотрел.
— Если «мерс» вдруг свернет?
— Куда? Он по левому ряду движется, а здесь, насколько мне известно, на протяжении километров сорока ни одного перекрестка — сплошь развязки. Поэтому, когда он захочет сойти с трассы, сам тебе знак и подаст. Правым «поворотником», тезка…