Мулько взял визитку, повертел ее в руках. Тяжело вздохнул.
— Ты всегда был умнее меня, — тихо вымолвил он. — И если бы не твое давление, сегодня ты, а не я прилетел бы из Стамбула.
— Как знать, — пожал плечами полковник. — Возможно. А Карелину навести обязательно, и сегодня же. Это приказ.
— Убедил. — Мулько умолк, спрятал визитку в нагрудный карман пиджака. — Теперь слушаю вас, товарищ полковник. Нужна вся отправная информация.
Полковник плеснул себе еще немного конька, пригубил из стакана без всякого удовольствия.
— Последние полтора года, — начал он, — Лариса работала финансовым директором корпорации «Блицкриг». Тропинина ты должен помнить…
Да, Мулько знал, кто такой Юрий Михайлович Тро-пинин. Известный в республике бизнесмен, грамотный, дальновидный руководитель. В прошлом году в арабских эмиратах, на переговорах о закупке крупной партии медикаментов, Мулько встречался с Тропининым, но тот, разумеется, и предположить не мог, что телохранитель его арабского партнера в действительности является оперативным сотрудником российских спецслужб…
— Вы встречались в эмиратах, — уточнил Каримов. — Так вот, наш Тропинин не кто иной, как крупнейший наркодилер Поволжья. Шестьдесят процентов оборота наркотиков в округе — его рук дело.
— Почему я не знал об этом год назад? — вскинул брови Мулько.
Каримов отстраненно улыбнулся:
— Потому что нашей целью был не Тропинин, а та самая партия просроченных медикаментов.
— Что-то мне с трудом это дается. Пояснить можешь?
— Могу. Теперь уже могу. Вся сделка с лекарствами представляла собой элементарную перекачку денег. Приблизительная схема такова: поступивший в Россию товар признается негодным к употреблению, половина тропининских офисов сразу закрывается как разорившаяся, а уплаченные арабу деньги ложатся за границей на тропининские же счета.
— И что в этом случае дала ликвидация араба?
— Ты помнишь, о какой сумме шла речь на переговорах? Так вот, те несколько десятков миллионов долларов в течение всего времени, пока Тропинин выстраивал цепочку с нуля — на это у него ушло больше полугода, — работали здесь, приносили доход, а с дохода он более или менее исправно платил налоги в бюджет.
— Скажи, Альберт, что, если просто взять и накрыть его с очередной партией. Неужели так сложно?
— Очень. «Серые» к нему внедряли своих. Один проработал месяц, второй — три недели. От обоих остались только головы, которые были обнаружены в мусорных контейнерах… Так просто к нему не подступиться, Саня, и есть у меня подозрения, что на окладе у Юрия Михайловича прикормлена какая-то большая шишка из МВД.
Мулько закурил, выпустил из ноздрей струи дыма.
— Как к этой акуле попала Лариса?
— Очень просто: прочла объявление в газете, явилась в «Блицкриг» и выиграла конкурс.
— Конкурс? На место финансового директора такого гиганта, как «Блицкриг»?
— Нет, конечно. Она устраивалась главным бухгалтером в одну из дочерних компаний корпорации. Но всего за полгода — это поразительно — сделала головокружительный карьерный скачок.
— Куда же Тропинин дел ее предшественника?
— Тот умер. Четвертый по счету инфаркт, и мужика не стало. Через два дня после его смерти финансовым директором корпорации была назначена Лариса Аркадьевна Мулько.
Мулько сделал очередную затяжку.
— Эта информация, Альберт…
— Из первых рук, Саня. Она сама мне и рассказала, как устраивалась, как работает. Очень редко, правда, но мы с Ларисой виделись, и вот в одну из этих встреч…
— Ты предпринял попытку ее вербовки. Признайся, дружище, ты не мог упустить такой шанс.
Каримов взглянул на Мулько исподлобья, как бы извиняясь.
— Совершенно верно, Сашка, не мог. Прости… Та встреча была последней. Когда Лариса узнала, что мне от нее нужно, — тут Каримов, не в силах сдержаться и наплевав на момент, громко рассмеялся, — так вот, когда она узнала, что от нее хотят… Не поверишь, друг, более виртуозного мата я не слышал отродясь. Какими только эпитетами она меня не награждала! — Каримов резко оборвал смех, плотно сжал губы. — Извини… Словом, с тех пор нашим приятельским… точнее, вообще всем отношениям пришел конец.
— Давно это случилось?
— В прошлом году, как раз в то время, когда ты находился в эмиратах.
Мулько откинул голову на спинку кресла, прикрыл глаза.
— Взрыв, — стал перечислять он вполголоса, — должность финансового директора компании-колосса, сумасшедшие объемы наркотиков… На первый взгляд, здесь бело как днем, и начну я, скорее всего, с Тропинина. Да, именно с него, любезного. А попутно выясню, каким образом Ларисе за шесть месяцев удалось сделать то, на что у подавляющего большинства уходят годы.