Он ожидал услышать звук пожарной сигнализации, но вместо этого шкаф, стоящий у стены рядом с кнопкой, стал уходить в сторону. За шкафом обнаружилась маленькая железная дверь с корабельной кремальерой. Попов открыл дверь и увидел уходящий в темноту тоннель.
— Открылась! — закричал он Тундрову, но в того уже попали, и Водолаз двигаться не мог, но продолжал куда-то палить.
Андрюша подполз к нему, схватил за ворот пиджака и попытался тащить за собой. Водолаз был тяжел, ничего не получалось.
— Уйди, дурак. За дверью рычаг, дернешь, как войдешь. Беги, — крикнул он Попову.
Андрюша заполз в дверь, захлопнул ее, нащупал рычаг и дернул его вниз. Пригнувшись и нащупывая руками стены в кромешной темноте, он двинулся по тоннелю. Потом остановился. Чувства страха и жуткого одиночества охватили его. У него закружилась голова, начался небольшой приступ удушья, и Андрюша сел на землю и закрыл глаза.
Это все, наверное, из-за того случая, когда Попов утонул вместе с номерной плавбазой. Он тогда еще был старшим лейтенантом, и его перевели на большой противолодочный корабль «Одаренный». Корабль тогда был приписан к Шкотово, и Попов приехал туда. «Одаренный» был в море, и Андрюшу поселили на номерной плавбазе, которая стояла у пирса. Ему, как положено, отвели каюту, место в кают-компании и действия по тревогам. В один из дней плавбаза загорелась, как потом выяснилось, из-за нарушения правил проведения сварочных работ. Сыграли пожарную тревогу, и Попов занял свое место в самых низах плавбазы. Где-то кто-то боролся с огнем, а Попов со своими матросами сидел внизу и ждал приказаний, потом связь прервалась, Андрюша на свой страх и риск матросам приказал выбираться наверх, а сам остался на боевом посту. Связи по-прежнему не было, и Попов решил выбираться и сам. Но было уже поздно. Куда бы ни бежал Попов, везде уже была вода, которая заливала отсеки покинутого корабля.
Как потом Андрюша узнал, плавбаза основательно погорела, через прогоревшие борта хлынула вода, и корабль утонул прямо у пирса. За тот позор Тихоокеанского флота кого-то сняли, кого-то посадили. Но дело не в этом.
Дело в том, что Попов утонул вместе с плавбазой. Он сумел запереться в артиллерийском погребе и двое суток сидел там, в полной темноте, жуткой тишине, удушье и гаданиях, хватит ли ему воздуха, успеют ли корабль поднять, прежде чем вода зальет весь его погреб.
Плавбазу поднять успели, но у Андрюши за эти двое суток хватила виски седина, а темных замкнутых пространств он стал немного побаиваться.
Потом еще с ним был случай, уже на «Одаренном». На нем тоже был пожар. Андрюша тогда оказался рядом с горящим корабельным арсеналом, где хранились автоматы, патроны, гранаты и прочая дребедень. И, как назло, стационарная система пожаротушения в арсенале отказала. Тогда все застыли, как завороженные, и боялись войти в арсенал, потому что патроны могли начать стрелять, а гранаты взрываться. Они здорово рисковали, те, кто решили туда лезть — старлей Андрюша Попов, Юра Барков, тоже старлей и тоже командир группы, и старший матрос Савкин. Пожар они пеновоздушными генераторами потушили, но старшего матроса Савкина противодиверсионным зарядом разорвало. И оторванная кровоточащая рука Савкина прилетела прямо к Попову и повисла у него на шее.
С Андрюшей тогда ничего не случилось, даже седины не прибавилось, только оторванная матросская рука иногда снилась. А вот Юре Баркову волосы на голове пожгло, он быстро после этого облысел, как колено лысый стал. А такие до этого хорошие густые у него волосы были.
Нужно было идти. Попов встал. Скорее всего, он находился в каком-то подземном сооружении Владивостокской крепости.
Особое значение Владивостока как военной базы на Тихом океане послужило основой для строительства множества подземных объектов. Город изрыт как муравейник. Форты, люнеты, тоннели, брошенные и загаженные, разбросаны по всему городу.
Попов был не очень давно на форте Наследника Цесаревича Алексея Николаевича — самом западном форте Северного отдела обороны. Андрюша вспомнил огромную тоннельную казарму, подбрустверные и контрминные галереи и потерны. Бродить по форту можно часами, сутками, можно заблудиться и не найти выхода.
Он попытался определить, где он находится. Попов мысленно представил карту города. Это не мог быть форт Суворова, это не могли быть пороховые погреба Первой Речки. Это был какой-то неизвестный объект.
Андрюша достал из кармана зажигалку. Маленький огонек осветил нишу в стене, и Попов увидел несколько керосиновых ламп. Он судорожно схватил одну из них и зажег фитиль. Потом зажег еще одну лампу. Третью лампу, не зажигая, он закрепил на поясе. Сколько ему предстояло бродить по подземелью, он не знал. Взяв в каждую руку по лампе, он двинулся вперед.