— Это будет кассационная жалоба, а это — прошение о помиловании.
— Румянко не станет этого подписывать, побоится неприятностей…
— Я его уговорю… Так что о чурчженях?
Окончание легенды о золоте чурчженей, рассказанная прапорщиком Степановым.
Когда воины захоронили золото предков, стало неясно, как жить дальше.
Слышащий Небо спрашивал об этом Великих духов, но духи молчали. Рыбы и зверей на острове было в достатке, и опытные охотники не голодали, но зима все равно должна была наступить, а китайцы могли пожаловать на остров в любое время.
Великие духи все ещё молчали. И тогда в один, уже достаточно холодный день Играющий Лосось первым срубил и очистил дерево. Потом к нему присоединился Свирепый Кабан. И ровно через пять дней Играющий Лосось сказал шаману, что деревянный плот готов, надежен. И еще сказал Играющий Лосось, что он и еще пятеро воинов отправляются с ним в море на север.
Не стал возражать им шаман, только наложил на их уста страшное заклятье молчания и оставил с собой молодого воина по имени Тихий Лис. Не верил шаман, что выберется с острова; боялся шаман, что если, согласно правилам, не передаст кому-нибудь свои шаманские знания и умения, не найдет покоя его душа. Очень шаман этого боялся.
Потом били зверя, вялили рыбу. И однажды утром плот, груженный провизией, с экипажем из шести человек во главе с Играющим Лососем отошел от острова и направился на север.
С этого дня Слышащий небо стал передавать Лису свое знание. Провизии они заготовили много, поэтому все свое время посвящали обучению.
Становилось холодно. Потом наступила зима. И в один из холодных дней Слышащий Небо сказал, что теперь Тихий Лис знает и может все.
А потом они взяли шкуру убитого медведя и сонный отвар и пошли к потайному месту, которое запечатал страшным заклятьем Слышащий Небо. Теперь Тихий Лис снял заклятье, и шаманы вошли. Они постелили шкуру, завернулись в нее, выпили отвар и уснули; и спали, как два медведя, всю зиму.
А весной, когда в проливе уже сошел лед, они проснулись и, шатаясь, вышли к свету.
И спросил Слышащий Небо Великих духов о судьбе остальных частей золота предков. И ответили Духи, что надежно спрятаны сокровища, не достать их людям с нечистым сердцем.
И спросил Слышащий Небо Великих духов о судьбе Играющего Лосося и уплывших с ним воинов. Погибли пять воинов, только Лосось добрался до большого острова, похожего на щуку, где жило племя айнов, и сам стал айном.
И спросил Слышащий Небо Великих духов о себе самом. И повелели ему Духи оставаться на острове и хранить золото предков до самой смерти.
И сказал старый шаман молодому:
— Отправляйся к нашему племени и скажи вождю, что выполнил завет. Но помни, что скажешь ты о месте, где спрятаны сокровища только человеку с чистым сердцем. Только достойный откроет золото предков.
Все лето искал Тихий Лис свое племя, бродя по родной земле, ставшей землей китайской. Но нашел его. И нашел он его в упадке.
Умер вождь Белый Тигр. Теперь вождем стал Жирный Барсук, назначенный китайцами. Дружил Жирный Барсук с китайцами, и делал все так, как они хотели. И тяжело работали чурчжени на китайцев, а сами жили плохо. Только Жирный Барсук и его жены и дети жили хорошо, ели сытно, спати в тепле и много разных новых вещей в доме имели.
Обрадовался новый вождь возвращению Тихого Лиса. Выспрашивал вождь молодого шамана о том, где спрятали святыню предков. Ничего не сказал ему Тихий Лис, черным было сердце Жирного Барсука, и не был бы он никогда вождем, если бы не китайцы.
Рассказал Жирный Барсук о золоте китайцам, ожидая от них похвалы и подачек. Страшной пыткой пытали китайцы молодого шамана, но ничего не сказал им Тихий Лис.
И отрубили они ему голову и выставили на длинном шесте на обозрение народа.
Слышащий Небо умер на далеком острове в тот же день, и душа его нашла покой у Великих Духов. А душа Тихого Лиса, не передавшего свое Знание, по-прежнему хранила золото предков.
Штабс-капитан сунул руки в карманы, прошелся несколько раз по камере от двери до противоположной стены и обратно, переступая каждый раз через храпящего Давыдова. Остановился, посмотрел на Степанова:
— Только достойному откроется?
— Так гласит легенда…
— Ясно. Любопытно было бы проверить. Прапорщик, хотите, я дарую вам жизнь?