Короткие осенние сумерки закончились, и на город опустилась ночь. С черного неба посыпалась водяная пыль. Джет еще раз взглянул на светящуюся надпись, потом перевел взгляд на парня.
Появление на безлюдной улице торговца дурью можно было расценить как знак судьбы — оставшихся у Джета денег как раз хватало на дозу «синьки». Джет вздохнул и, вынув из кармана мелочь, решительно шагнул навстречу парню. Тот дернулся было, стрельнув из-под шляпы настороженным взглядом, но, увидев деньги, расслабился. Джет брезгливо поморщился: нет, такая жизнь уж точно не для него. Пересыпав монеты в подставленную ладонь торговца, Джет получил взамен маленький прозрачный кубик, наполненный темно-голубой, чуть опалесцирующей жидкостью.
Джет подождал, пока парень отойдет подальше, прижал кубик к внутренней стороне запястья и, прикрыв глаза, сделал глубокий вдох. Легкий укол, онемение в кончиках пальцев — и по телу побежала хорошо знакомая горячая волна. В этой волне растворились все сомнения и страхи, померкли, отступили на задний план все невзгоды и волнения последних дней, тело стало легким и сильным, а голова — звеняще пустой. Джета больше не донимали пронизывающий холод и сосущее чувство голода. Исчезли неопределенность и растерянность — мир вокруг снова стал комфортным и привычно радужным. Бросив пустой кубик на тротуар, Джет четким шагом пересек улицу и решительно толкнул дверь вербовочного пункта.
Внутри ярко горели лампы солнечного света, откуда-то доносилась бодрая музыка. За столом в приемной сидел бравый военный в форме космодесантных войск. Окинув Джета профессионально-оценивающим взглядом, он радушно улыбнулся.
— Проходи, сынок, присаживайся, — пророкотал он, указывая на стоящее перед его столом кресло.
Джет радостно улыбнулся в ответ, он понял: ему здесь рады. Потому что давно ждали. Плюхнувшись в мягкое кресло, он бодро доложил:
— Меня зовут Джет!
В глазах военного промелькнуло подозрение; прищурившись, он вгляделся в лицо Джета, и его улыбка на мгновение померкла. Однако уже через секунду он снова широко улыбался и лучился радушием.
— Очень приятно, Джет. Меня можешь называть мистером Свилтом.
— Я хочу служить в армии, мистер Свилт! — отчеканил Джет.
— Очень хорошо, сынок, — одобрительно кивнул военный. — Служба в армии — это честь для любого уважающего себя мужчины.
Шаблонная фраза из рекламного ролика вызвала у Джета небывалый прилив энтузиазма. Он выпрямился в кресле и радостно закивал — он-то как раз и есть этот самый уважающий себя мужчина!
— Сколько тебе лет? — поинтересовался военный, доставая из лежащей на столе папки бланк анкеты.
— Двадцать два, мистер Свилт!
— Документы в порядке?
Джет протянул свое удостоверение личности. Прочитав его фамилию, военный перестал улыбаться.
— Джет Сноуфф? Тот самый? Сын Николая Сно-уффа?
— Тот самый, мистер Свилт! — радостно кивнул Джет.
— Слышал о вашем отце, мистер Сноуфф. Примите мои соболезнования.
Не переставая улыбаться, Джет кивнул еще раз. Военный поморщился, как от зубной боли. Пододвинул Джету бланк, положил рядом ручку.
— Заполни эту форму, сынок, потом пройдешь мед-контроль — и на вводную лекцию, — военный заговорщически подмигнул. — Послушаешь, до каких чудес додумались наши ученые. Если после этого не передумаешь, завтра поедешь в учебный центр, а через неделю подпишешь контракт.
Джет схватил ручку и начал заполнять анкету.
— Кофейку не хочешь, чтоб согреться? — участливо поинтересовался военный. — А то погодка на улице — собаку не выгонишь…
Не переставая писать, Джет кивнул. Военный поднялся и вышел, оставив Джета наедине с его ответственным занятием.
В соседней комнате, заставленной многочисленными приборами и аппаратами, сидел мужчина в белом халате и разгадывал кроссворд. Услышав шаги, он обернулся.
— Ну что там?
Военный раздраженно махнул рукой.
— Еще один придурок — наркоман. Представляешь, сын Сноуффа.
Мужчина в халате недоверчиво приподнял брови.
— Того самого? Точно?
Военный утвердительно кивнул.
— Точно, Макс, точнее не бывает. Тот самый сын того самого Сноуффа. Чокнутый сынок чокнутого родителя.
— Н-да, — Макс задумчиво поскреб ручкой за ухом. — Видать, припекло парня, раз решил к нам податься.
— Черт его знает, — буркнул военный, наливая кофе из автомата. — У богатеньких сынков мозги набекрень. Только не верю я, что он совсем на мели. Папашка его наверняка имел заначку где-нибудь в китайском банке.
— Может быть, может быть, — пробормотал Макс, задумчиво глядя на кружку с дымящимся кофе. — Взбодриться решили?