— Ты видишь? — прошептала она.
На самом деле это был не мох — поверхность покрывал океан густой слизи. Вся планета состояла из нее. На полюсе медленно вращался черный смерч, горловина его, сужаясь, вела вниз, внутрь планеты.
— Рипа! — позвала Троечка. — Слышишь?
Динамики молчали. Влетевшие через дыру в хвосте обрывки текстур плавали вокруг кресел.
— Нам надо туда? — она повернула к Егору голову. — Туда, внутрь?!
— Да, — ответил он.
— В эту… пасть? — Вцепившись в подлокотники, Троечка подалась вперед. — Она как черная дыра!
— Да.
— Но… — Следующие слова дались ей с большим трудом: — Я боюсь.
— Я тоже, — отозвался Егор. — Ты еще можешь управлять кораблем?
— Нет. Но это и не нужно. Нас туда затягивает.
Планета медленно проворачивалась, воронка становилась больше.
— Рипа! — вновь позвала Троечка.
— Его уже нет, — сказал Егор, и тут голос в динамиках тихо проскрипел:
— Там маршал.
Но Егор уже видел и сам. Расталкивая обломки, из-за края черной планеты медленно выдвигался блестящий металлом покатый корпус.
Он был огромен.
Казалось, цензор-маршал превосходил размерами саму черную планету.
— Но я не смогу управлять им! — Егор приподнялся.
— Сиди и не вставай! — прикрикнула Троечка. — Левый джойстик — оружие. Правый — скорость и направление.
— Но…
— Он сейчас выстрелит!
Теперь было видно, что не маршал находится за планетой, а планета летит на его фоне. Выпученный фасетчатый глаз смотрел на подбитый рейдер, в рубке которого Троечка что-то лихорадочно нажимала на спинке кресла Егора. Из бока маршала медленно выдвигались четыре изогнутых рога.
На фоне гигантской металлической туши Рипа казался пылинкой.
Троечка чем-то щелкнула, и появившиеся из кресла гибкие ленты охватили торс Атилы.
— Видишь эту кнопку? Красную? Нажмешь на нее, когда я скажу. — Она бросилась к своему креслу.
— Рипа, — позвал Егор. — Что ты делаешь?
— Все нормалек, п'ратишка… — после паузы откликнулся голос из динамиков. — Он готовится шмальнуть по вам.
— Но что это за штуки?
— Хрен знает. Какие-то отражатели, что ли?
Рога уже выдвинулись до предела, их концы уставились в одну точку, расположенную примерно в километре от корпуса.
Черная планета повернулась полюсом к рейдеру, смерч кружился прямо под ним.
В центре образованного рогами квадрата разошлась невидимая раньше диафрагма. Ее лепестки медленно двигались, круглое отверстие становилась шире. Описав петлю, серебристая пылинка робота полетела к нему.
Выдвинувшиеся ленты зафиксировали Троечку в кресле. Воронка смерча под рейдером росла.
— Рипа, ты еще можешь улететь!
— Не смеши, п'ратан. Я не пропущу самого интересного.
Лепестки диафрагмы застыли. В круглом отверстии начал разгораться синий свет — и одновременно четыре изогнутых рога засветились.
— Ух и шмальнет он сейчас…
— Мы затащили тебя сюда. Ты…
— Забудь. Что было, то было, брат. Никто ни в чем не виноват.
— Но ты еще можешь спастись!
— Йо! От меня почти ничего не осталось. Ракетнице кердык. Если я подбавлю газа, турбина взорвется. Видел когда-нибудь плазменный взрыв? Щас увидишь. Это круто, п'ратишка!
— Но даже если ты влетишь внутрь, это ничего не даст…
— Внутрь? Не-е, у меня другое на уме.
На экране серебристая пылинка устремилась к круглому отверстию, оставляя за собой блестки плазменных выхлопов. Четыре рога налились синим светом, в отверстии что-то забурлило.
— Это было интересно, п'рат! Это было очень интересно!
— Нажимай, — сказала Троечка.
От рогов протянулись тонкие спицы синего цвета, сошлись в одной точке. Там расплылась светящаяся тарелка.
Пылинка подлетела к отверстию… и вдруг рванулась в сторону.
Егор вдавил красную кнопку. Рипа ударился о лепестки диафрагмы, и одновременно с плазменным взрывом голос в динамике произнес: «Бывай, п’ратан!»
Два кресла загудели, под ними расступился пол, и они провалились вниз. На брюхе маршала образовалась узкая рана от взорвавшегося Рипы. Острый край одного из разорванных лепестков диафрагмы выдвинулся в отверстие, из которого ударил широкий синий столб. Он сместился, попав не точно в центр световой тарелки, а в ее край. Тарелка лопнула, части ее начали проворачиваться, удерживаемые протянутыми от рогов энергетическими спицами. Столб раскололся на две узкие половины — одна пошла дальше, сметая на своем пути обломки текстур, и пронзила рейдер. Вторая, отразившись от осколка тарелки, вернулась назад под небольшим углом и ударила в корпус маршала.