Андрей посмотрел на Антона и улыбнулся.
— Ты гений, Антон, и гениальность твоя натуральна, поскольку ты сам об этом не подозреваешь.
— Что ты задумал?
— Нет времени объяснять. Доверьтесь мне.
Андрей, держа миниатюрный ноутбук в одной руке, указательным пальцем другой нажал на красную кнопку и, глядя на крохотный экран, четко произнес:
— Каков самый главный вопрос человечества?
В тот же миг мир вокруг них стал резко сжиматься, пока не свернулся в точку.
Зрение постепенно возвращалось, и Антон смог увидеть Андрея, собирающего вещи. Избушки не было — лишь горстка золы из печки. На земле валялись рюкзаки и металлические кружки, чайник Андрей уже упаковал. Рядом Билл, стоя на коленях, тер глаза. Антон зачем-то полез в карман и достал компас. Тот работал исправно.
— Ты успел? — спросил Антон хрипло.
Затем прокашлялся и повторил:
— Успел прочитать?
— Успел, успел. — Андрей уже надел рюкзак. — Собирайся скорее, Антон, у нас мало времени.
— Почему? — Антон еще не совсем пришел в себя. — Что там было?
— Все. Там было все. Но теперь нам предстоит много работы. По дороге расскажу. Вставай.
Андрей увидел, что Билл уже очнулся, и спросил у него:
— Билл, вы в порядке?
— Да, я в порядке. А вы все-таки свой шанс не упустили. Но как теперь быть с ответом?
— Правильно сформулированный вопрос уже содержит половину ответа. И потом, должны же мы хоть что-то сделать сами.
Андрей помолчал немного и добавил:
— У нас есть величайший дар: способность познавать. Не будем же пренебрегать им.
Он подождал, пока Антон с Биллом соберутся, и они все вместе пошли в мир, полный вопросов, на которые еще только предстоит ответить.
Боб ГРЕЙ
ЗАКОН ОТРАЖЕНИЯ
детективный рассказ
Если бы не кризис! Сами посудите, кабы не августовская катавасия, встал бы я, человек в высшей степени миролюбивый, на «тропу войны»? Ни за что! Однако кризис грянул, и что в итоге? Ныне я пребываю в краях, куда Макар телят не гонял. Не верите? Тогда попробуйте отыскать на острове Тобаго хотя бы одного Макара. Про телят не говорю, их здесь достаточно. И телочек тоже…
Я сижу в шезлонге на песчаном берегу, пью охлажденную воду с привкусом лимона, любуюсь волнами и белоснежными яхтами. Вокруг девушки в микрокупальниках, по большей части без верхней составляющей. Бармены в белых пиджаках и черных шортах — отвратительное зрелище! — шныряют с подносами. Легкий бриз овевает мое лицо. Я закрываю глаза, и мне кажется, что это «самопальный» вентилятор гоняет туда-сюда воздух цеха, в котором производят широко известную в узких кругах россиян водку «Свежий ветер».
…В этом цехе я провел без малого год. Когда наш институт впал в кому, я был вынужден пристальнее вглядеться в окружающую действительность. Удручающая картина вполне соответствовала моему настроению. И без того на душе будто кошки нагадили, а тут еще повальная безработица, цинизм, взятки, бандиты и отчаянное пьянство. С чего радоваться? И что дальше?
Что бы ни говорили мои начальники, в реинкарнацию нашего НИИ я не верил. В светлое будущее нашего заштатного города тоже верилось с трудом, ну разве что в отдаленной перспективе. Мне не дожить. Помру с голода. Потому что человек так устроен: ему Природой назначено пить и есть, причем желательно вкусно и обязательно в достаточных количествах.
К чему лукавить, можно было извернуться, не поступившись принципами, но уж больно я был зол. Столько труда, сил, лет положено — и на тебе: ни темы, ни лаборатории, вообще ничего. Поневоле озлишься! И совершишь сгоряча какую-нибудь глупость.
— Ответ завтра.
Я кивнул. А через сутки кивнул еще раз, когда Виктор Васильевич Копытов повторил свой вопрос.
— Не бои́сь, не обижу, — Копытов покровительственно похлопал меня по плечу. — Завтра на работу.
Два года мы с Витькой по кличке Копыто сидели за одной партой. Хулиган и отличник. Но уживались. Я безропотно давал ему списывать, он ограждал меня от наскоков внутриклассной шпаны. Образцовое мирное сосуществование.
После школы я поступил в институт, стал химиком-технологом и вернулся в родной город с твердым намерением поднять уровень отечественной пищевой промышленности на новую высоту.
Копыто поработал на местной автобазе, отслужил в армии, несколько лет покрутил «баранку», потом исчез, а когда возник снова, то был уже при деле — в золотых цепях, на джипе и с растопыренными по моде пальцами.