— А как я встану?
Наступательный милицейский синдром до конца почему-то не проявился: страж порядка убрал свой нелепый башмак с твоей руки. Он двинулся дальше по проходу, переступив через тебя. Ты почему-то от природы не любил, когда на тебя наступают и переступают через тебя. Но нелюбовь эту сей раз не мог выразить в какой-либо форме. Себе дороже.
Потоптанная рука саднила. Тошнотворное подсолнечное масло не впитывалось в пересыщенную им же одежду. Ты медленнее обычного соображал: что происходит? Затем с облегчением уяснил, что… всего до конца понимать не надо, и глубокомыслие чревато. Скоро все это закончилось — так ты понимал.
Такая законченность выглядела следующим образом: милиционеры выцепили с заднего сиденья какого-то Ахмеда, самого настоящего из мужчин. Об этом он темпераментно стучал себя в грудь. Но люди в форме стучать ему долго не дали — выволокли из автобуса.
Некрасиво, конечно, но ты облегченно вздохнул: не тебя. Да и за что было тебя?! Ты ж законопослушный. А за какие дела этого, с аэродинамическим профилем? — подумалось тебе. Впрочем, какая разница…
Страж порядка в мягких наступательных ботинках, еще раз пройдясь начальственно по автобусу, уже был у входа, как толстуха с засвеченным давеча срамом завопила:
— Кольцо мое! Кто украл?! — И, готовясь зарыдать: — Обручальное!
Ты, нехороший, удивленно и некстати подумал: кто на ней, на такой, еще женился, кто с ней обручался?
— Это он, он! — тыкала облупленным маникюром тебе почти в переносицу полнотелая деваха.
Ты опешил, потеряв окончательно еще не совсем обретенный после сотрясения дар речи. Твой наступатель с перегоревшими губами был уже подле. А жирная плаксивая чудобина собственноручно шарила по твоим карманам.
Твои попутчики разинули слюнявые рты: интересно же — поймали вора на месте преступления!
Вот за что ты не любишь детективы читать: мусолят, мусолят сюжет, мучают воображение читателя, а в итоге все оказывается неожиданно просто. Нечестно как-то выходит по отношению к тебе, читателю. И неестественно, не по правде. Считаешь себя надутым.
И сейчас ты понимал: это тот же паршивый детектив — тебя неправдоподобно хотят наказать. Однако твое невредимое высокое сознание не хотело снисходить до банальностей махрового сюжета. Ты просто был уверен: или кольца не существует в природе и его не станут искать стражи порядка, или его найдут невероятно быстро. Ты так стоял и думал — запятнанный подсолнечным маслом и брезгливо обшариваемый милицейскими и прочими руками. Страж нехотя, но со знанием дела изучал все подробности складок твоей одежды и карманов. Кольца, понятно, не обнаруживал.
Тебе вдруг показалось, что так же брезгливо и профессионально будут ощупываться слизистые изгибы и закоулки твоего пищеварительного тракта, если кому взбредет в голову, что ты кольцо проглотил. Полупустой желудок отреагировал на мыслимый пока раздражитель громко и неприлично. Запредельная мысль, подстегнутая таким образом, чуть было не усугубила бесчинный обыск. Ты, как всегда (а сегодня — более того) потусторонне, то бишь со стороны, взглянул на ситуацию и увидел… слюнявого старикана. Он давеча тягуче и солоно отплевывался на тебя, лежащего в проходе. Узловатым бамбуковым пальцем и искаженным в красных орбитах взглядом он показывал на рваное сиденье.
«Клоун какой-то недоделанный…» — подумал ты о нем несправедливо. Мент в мягких ботинках, являя служебную смекалку, уже допрашивал старика:
— Че, дед, рожу корчишь?
— Дык, гражданин начальник, кольцо-то в сиденье. Да…
— Че несешь, плюгавый? — брезгливо сморщился «начальник».
Тут вмешался в их диалог рослый, с положительной внешностью и беспорядочными звездочками на погонах действительный начальник. Ты как-то сразу поверил в успех операции. Положительный, со звездочками, еще раз внимательно выслушав бдительного старичка, авторитетно и собственноручно занялся изучением сиденья.
Неправдоподобно быстро (тебе аж обидно стало за куцо оборванный детективный сюжет) искатель длин-ними музыкальными пальцами извлек из каучуковой утробы кольцо. Оно, обручальное, широкое и старомодное, из застойных времен, тускнело на узкой розовой ладони доморощенного Шерлока Холмса.
Толстуха как бы и не удивилась и не обрадовалась находке, а лишь потянулась за обручальным драгметаллом. Однако правильный милиционер упредил ее хватательный позыв и оставил кольцо у себя.