В неизвестный час на рассвете принц племен Хучжо забил в барабан императорского двора за воротами дворца. Глубокий низкий гул барабанов разорвал туман и облака, и темное небо прояснилось. Занялась заря.
Громкий бой разбудил полгорода. Барабан установил за пределами императорского двора Император Тяньшэн, когда основал династию. Любой, кто пострадал от ужасной несправедливости, мог ударить в него, чтобы подать жалобу Императору. В значительной степени инструмент был лишь символом, олицетворяющим важность справедливости в ведении гражданских дел.
Порог для «ужасной несправедливости» был невероятно высок, и обычные судебные иски недотягивали до него. Поэтому со временем барабан превратился в простое украшение. Этим утром, когда кто-то осмелился ударить в него, чтобы подать жалобу, весь Дицзин содрогнулся.
Глава 52
Пожалование брака
— Миллион жителей Хучжо преклоняются перед великим Императором Тяньшэн. Сегодня Дацзаэр, телохранитель из охраны Писю племен Хучжо, задержанный Министерством наказаний, был найден мертвым. Его отравили по приказу принца империи Тяньшэн! Ложные обвинения, из-за которых Дацзаэр попал в ловушку, еще не успели расследовать, а преступник бродит на свободе. Настоящим все Двенадцать племен Хучжо приносят клятву, что не станут мириться и ходить с ним рядом по одной земле! Мы просим Императора, мудрого и справедливого правителя этих земель, расследовать дело и схватить жестокого убийцу, устранив великую несправедливость, от которой пострадали племена Хучжо!
Мужчина из племен Хучжо, одетый в темно-зеленый халат, с белой повязкой вокруг головы, продолжал стучать в огромный барабан. Его рукава упали до плеч, обнажая мощные сильные руки.
Утреннее солнце слой за слоем пронзало облака, и многочисленные ворота императорского дворца открывались одни за другими. Как обычно на рассвете, Император Тяньшэн созывал министров и чиновников на утреннее собрание двора.
Ослепительный солнечный свет рассыпался на тысячах нефритовых ступеней по мощенной белым камнем площади, словно окруженной молочными облаками.
Сквозь бледный туман к залу утренних собраний медленно шел человек в темно-зеленом халате с белой повязкой на голове, неся на руках труп.
Принести труп во дворец!
Придворные министры пораженно смотрели, как мужчина приближается.
Император Тяньшэн сидел на возвышении, его лицо было мрачным.
Мужчина начал подниматься, его прямые руки оставались почти перпендикулярными телу, вытягивая перед собой окоченевшего мертвого человека. Утренняя розовая заря опустилась на плечи мужчины, когда он стремительно подошел к дверям, не заботясь ни о чиновниках, ни о своем вопиюще неподобающем поступке.
Дворцовая стража скрестила копья, преграждая ему путь и крича:
— Как можно проявлять такую наглость перед Сыном Неба? Немедленно назад!
Со свистом целый лес копий устремился в сторону этого мужчины, образуя железную стену, охраняющую вход в зал.
— Трупы не допускаются во дворец? — Мужчина вздернул подбородок, в уголке его губ блеснула ухмылка. Наконец он опустил мертвое тело на землю.
По рядам присутствующих пронесся вздох облегчения — всегда надменный принц все-таки подчинился правилам…
Но этот человек двигался со скоростью молнии!
Мужчина стремительно опустился на колени. Его руки были тверды как сталь, когда он вонзил нож в грудь тела, распарывая туловище от груди до живота и извлекая часть печени!
Гвардейцы Чанъин, которые дежурили на нефритовой лестнице, привыкли видеть разные кровавые сцены, но они оказались совершенно не готовы к этому странному шагу. Их идеальный строй дрогнул, а лица исказились от отвращения. Один молодой стражник, недавно вступивший в гвардию, до такой степени испугался, что серебристое копье выпало у него из рук и со звоном упало на лестницу.
— Труп нельзя вносить, но я должен предоставить доказательства отравления. Так нормально? — спросил мужчина, не изменившись в лице. Орган лежал на его вытянутой ладони, а его резкие слова заполнили зал.
— Пусть войдет!
Громкий приказ раздался с высоты Небес, но человек без страха вошел в ворота, внося печень в Золотой дворец.
— Ваше Величество! — вскричал мужчина, не удосужившись даже закончить положенные по этикету поклоны и протягивая печень. — Невинный подчиненный этого подданного был убит. Я принес печень этого несчастного. Глядите: иссиня-черный цвет — это явный признак отравления! Если Ваше Величество не верит моим словам, вызовите главу Императорской больницы!