Так прошла еще одна седмица. Копыта мерили стадию за стадией, трактир сменялся трактиром, день — ночью. Рана понемногу затянулась и уже не напоминала о себе. Ничего памятного не происходило, только стук подков по бесконечной линии тракта, топчущих и без того утоптанную землю; даже бандиты куда-то подевались, словно и не было им поживы в этих местах. Впереди шумел Правый Рог, последний рубеж, за которым уже не будет дороги назад. Нельзя остановиться даже для раздумья. Или пан, или пропал.
Мечта всей жизни любого мужчины на Атлантиде — стать одним из Них, бойцом богов. Получить благословение самого Атланта и всю жизнь мечтать хоть кончиком мизинца дотронуться до золотого платья Посейдона. Светлые никогда не участвовали в турнирах, не показывали своей истинной силы. Но каждый был уверен, что любой из них голыми руками уложит десяток лучших наемников из Мерпии при полном вооружении. Ходит легенда, что когда-то одна из банд срединного тракта решила напасть на Светлых, что охраняли обоз. Они собрали пять сотен, а Светлых был всего десяток. Боги перевозили что-то из Электрии в Майи, но что именно, бандитам узнать было не суждено. Удалось ранить лишь одного Светлого, бандитов же в живых осталось только три десятка. Выжившие, все как один, рассказывали невероятную историю, что белые плащи со скоростью молнии ловили все стрелы, летевшие в них, и бросали их назад с такой силой, что боевые луки мерпских мастеров казались игрушками в руках несмышленых младенцев. Стрелы пробивали человека навылет и были еще способны вонзиться в сердце следующего. Десять мечей работали с такой скоростью, что люди не успевали еще замахнуться, как были рассечены надвое. После этого случая никто не осмеливался бросить в сторону воинов в белых одеяниях даже косой взгляд.
И он сделал свой выбор. Каменный мост, как и вся жизнь, остался позади. Дорога отрезала начавшийся за рекой лес от поясных гор и серой полосой потянулась далеко вперед. А там ни души, ибо путь напрямую вел в Светлый Дворец, где атлантам делать нечего. Бандиты тоже здесь не промышляли, просто грабить некого. Трактирами, естественно, не пахло, и вечер сулил ночевку под открытым небом. Невольно он вспомнил разговоры о черных колдунах сего леса. Рассказывали, они похищают детей и приносят их в жертву своим богам. Говорили о походах на их логово, но никто так ничего и не нашел. Это всё сказки для запугивания детей. Хотя иногда только в сказках и услышишь истинную правду.
Ехать оставалось дня четыре, и казалось, ничто теперь не может остановить лучшего воина Атлантиды, но уже на следующее утро стальная уверенность начала медленно осыпаться мягким песком.
Оранжевый палящий диск не успел еще показаться на горизонте, как он проснулся от терзающего душу кошмара. Встал, проверил, легко ли выходит меч из ножен, прислушался. Только легкий шум листвы нарушал тишину. Поняв, что уснуть уже не сможет, воин почти влетел с седло, и копыта вновь застучали на закат.
Спокойно ехать довелось недолго. Лишь раскаленное солнце успело показать свою ослепляющую улыбку, как сквозь воздушную толщу прорвался душераздирающий детский крик. Воин насторожился. В голове снова всплыли слова: «Что бы ни происходило». И он пришпорил коня, намереваясь как можно быстрее проехать это. Даже если гнилозубый разбойник будет на части резать ребенка пять кругов отроду, он проедет мимо и не взглянет в их сторону. «Что бы ни происходило», — крутилось в голове. Но он взглянул. Картина, точно видение, заняла несколько мгновений. И он почти угадал. Разбойник избивал лежащую в разорванной одежде молодую женщину, из ее носа мелким родничком уже билась алая струйка. А рядом другой, видимо, догнав, душил ее ребенка. Маленькие ручки отчаянно противились натиску жестокой и грубой силы, но напрасно. Сопротивление превращалось в предсмертные судороги, и жизнь стремительно, точно вода из решета, утекала из маленького тельца. Сцена смазалась, сменилась зеленой листвой леса, а сзади слышался только удаляющийся крик: «Помогите!»
Он изо всех сил пытался прогнать последний хрип маленьких уст, эхом разлившийся в ушах, но даже мысли о Светлом Дворце не помогали. Капли из искусанной губы защекотали подбородок, но боль ушла. У Светлых, наверное, нет ни чувств, ни эмоций. Они каждый день смотрят на смерть и молча проходят мимо, а бандиты, с улыбкой провожая их взглядами, продолжают свои грязные дела. Они каждый день защищают мирных жителей и пресекают все разбои, но только в пределах городов. За неприступными стенами жизнь утопающих в руках самих утопающих, и только те, у кого есть деньги, нанимают охрану из мерпских воинов, дабы ходить без кольчуги по собственному дому. Все это безжалостная задумка Посейдона, а Атлант, как и всякий примерный сын, только подражает отцу. Боги в городах держат лишь способных хоть чем-то послужить на благо Атлантиды, и не тратятся на защиту бесполезных деревенщин. Но они и не думают, что где-то в глухом селении меж лесов Астеропии живет девочка-травница, лечащая раны быстрей и лучше этих зажравшихся врачевателей из Лиги Чистотелов.