— Зачем бы? — удивилась Маруся.
— Вот и я думаю, зачем… И вправду ли она ну совсем ничего не знала ни о Брайане, ни о наркотиках? Странновато, да? Если учесть, что они жили практически в одном номере, как мы с тобой. Ты заметила бы, если б я принимал героин, как считаешь?
— О да! Можешь не сомневаться! — уверила его Маша.
— Мне тоже почему-то так кажется… «О, скорей пронзи меня своей иглой, святой Морфей! И даже, сделав это сотню раз, услышишь от меня лишь благодарность!»
— Это что еще за бред? — сурово поинтересовалась Маруся.
— Цитата из Жюля Верна, мой вольный перевод. Обнаружил в компьютере Барби.
— Да? — удивленно подняла брови Маша. — А что еще ты там нашел?
Подросток, наморщив лоб, уставился куда-то прямо перед собой.
— «Если бы мы могли вдохнуть либо проглотить нечто, какое-то средство, обладающее способностью на пять или шесть часов в день унять наше неизбывное одиночество, — он будто считывал текст с невидимого листа, — средство способное привести нас в гармонию со всеми окружающими людьми в сияющей экзальтации любви и сделать жизнь во всех проявлениях не просто стоящей того, чтоб жить, но сделать ее божественно прекрасной и значимой… и если бы это небесное, преобразующее весь мир лекарство оказалось таковым, что мы проснулись бы на другое утро с ясной головой и без ущерба для здоровья, кажется мне, все наши проблемы (ни в коем случае не та крошечная, как доставление себе нового наслаждения!) оказались бы полностью решенными, и земля стала бы раем». Альдус Хаксли, годы жизни: 1894–1963… По крайней мере, так там было написано, может, она и ошиблась с датой, не знаю, не проверял.
— Боже, ну и память у тебя! — поразилась сестра. — Зачем тебе компьютер, ты сам как машинка! Но, конечно, это окончательно и бесповоротно доказывает, что девушка была наркоманкой. Так просто не ведут подобных записей.
— Да… И весьма даже интеллектуальной наркоманкой. Не всяк, знаешь ли, прежде чем в кайфе отрубиться, выписывает цитаты из классиков.
— Это ее, к несчастью, не спасло.
— «Пусть я умру молодой, но это все равно что целовать самого Господа Бога!» — протяжно, в нос, проговорил Арсений. — Тоже цитата.
Маруся даже передернулась.
— Достаточно! У меня мурашки по коже! Своего она добилась, это точно… Умерла молодой.
— Там еще много всего!
— Нет, хватит! Жуть берет! Я лично предпочитаю гулять на рассвете, например, по реке… тоже кажется, будто прикасаешься к чему-то божественному. Скажи лучше, что ты собираешься предпринять?
— Как и раньше, Машенька, как и раньше. Больше общаться с людьми. Они ведь такие болтливые! Впрочем, что я тебя учу, ты же у нас в этом деле первый специалист. Как ты сама хвасталась, по сбору информации тебе нет равных!
— Когда это я могла сморозить подобную глупость? — искренне удивилась Маруся.
— Да было дело, — усмехнулся братец.
День, начавшийся с такой трагедии, по определению уже не мог выправиться. Уныние грозовой тучей повисло над «Белой Орхидеей», и хотя солнце сияло с обычной немереной силой, свет вокруг казался будто притушенным — в конце концов, мир дан нам в ощущениях. А ощущения были не самыми приятными: неловко принимать солнечные ванны, когда знаешь, что в небытие ушла совсем молоденькая девушка, лишь вчера еще сидевшая за одним с тобой столом. Ланс и Лейлани Палмер тоже выглядели подавленными, хотя и изо всех сил пытались это скрыть. За ужином Ланс объявил, что наутро состоится поездка к островам Ко Пи-Пи, красивейшему месту на земле, по мнению большинства там побывавших. Необходимо на что-то переключиться. Приглашаются все желающие.
Желающих было на удивление много. Казалось, после случившегося люди начнут сторониться друг друга, но нет. Почти все хотели ехать, кроме Дебби-Деборы, которая, по обыкновению, укатила за каким-то делом. Погода с утра, естественно, не заладилась, впрочем, всем отлично известно: чтобы, к примеру, наутро пошел дождь, нужно всего лишь собраться в поход. Какие действия требуется произвести для того, чтобы, наоборот, дождь кончился, к сожалению, до сих пор не выяснено.
Нет, не то чтобы погода совсем уж была плохая: солнце, конечно, никуда не делось, оно по-прежнему сияло на небосклоне, но с моря подул довольно-таки сильный ветер, другими словами, с утра штормило. Но заказанный катер уже покачивался у причала, а его команда готова была отплыть в любую минуту; собственно, команда всего-то и состояла, что из двух местных молодых парней: Анитры и Тука, да мальчика лет четырнадцати — наверняка им было бы обидно потерять свой дневной заработок. В общем, решили ехать: все уже настроились на путешествие.