«Это она уже слышала, буквально те же самые слова, — подумала про себя Маша, — и совсем недавно. Странно, до чего одинаково ощущают себя разные люди в разных частях света».
— Ваши номера на втором этаже, — добавила в заключение Лейлани, с извиняющимся видом покосившись на трость Арсения. — Вы заказывали на первом, но внизу у нас общие помещения: столовая, ресторан, веранды, гостиная, музыкальная комната… когда устроитесь, я вам все покажу. В том крыле, — она махнула рукой, — служебные помещения. Но не волнуйтесь — есть лифт. И насколько я помню, он еще ни разу не ломался… Обстановка у нас почти семейная, все гости знакомы друг с другом, и многие проводят время вместе — не так как в современных громадных отелях, где никто никого не знает — почти вокзал. Приехали, уехали и забыли… А на случай если захочется шумного веселья, дискотеки либо там ресторанов, всегда можно съездить в ближайший городок, а лучше, конечно, в «Золотую Виллу». Там уровень значительно выше, чем в городских заведениях. Это как раз один из таких крупных отелей… Тоже пять звезд, De Luxe. Он совсем от нас недалеко, в соседнем заливчике, можно пройти по тропинке вдоль моря, — она бросила взгляд на трость Арсения, — впрочем, там есть пара крутых подъемов… А можно вызвать такси. Достаточно сказать об этом портье… кстати, его зовут Пу, легко запомнить… и через пять, максимум семь минут, подойдет машина.
Лифт оказался спрятанным в небольшой нише в стене, слева от ведущей на второй этаж большой каменной лестницы, из холла его даже не было видно, что, в общем, понятно: надо полагать, им пользуются главным образом для перевозки чемоданов. Золотистая дверь из анодированного алюминия в самом деле не слишком гармонировала со старыми лаковыми панелями стен.
Пол на втором этаже был выложен глазурованной терракотовой плиткой, на вид, ровесницей дома, но, скорее всего, искусственно состаренной, вряд ли она могла сохраниться в полном объеме, на дверях — фарфоровые таблички с белыми орхидеями по серовато-розовому фону. одна орхидея, две, три, четыре, пять. Лейлани вытащила из карманчика платья пластиковые карты-ключи — копии табличек на дверях — и, поочередно всунув их в щели замков, открыла для них номера третий и четвертый.
— В каждом апартаменте — спальня и ванная комната. И общая гостиная, вход из этого уютного холла — с той стороны точно такой же. Дверь в гостиную перекрывается изнутри, так что при желании можно полностью изолироваться. А можно посчитать это одним номером с гостиной и двумя спальнями. Как вам захочется! Устраивайтесь, обживайтесь… Собственно, через час уже обед. Думаю, дорогу сможете отыскать… Я вас со всеми познакомлю. Ну, не буду мешать. Да, занавеси на окнах днем советую держать закрытыми, иначе даже при включенном кондиционере становится душновато.
Она бесшумно удалилась, и Арсений немедленно раздвинул тяжелые шелковые портьеры. Они были двойные, та часть, что к окну, оказалась из какого-то серебристого специального материала, максимально отражающего тепло и свет.
— Еще чего, собрались на нас электричество экономить, не выйдет!
Он распахнул балконную дверь, и оттуда, как из печи, дохнуло жаром.
— Я тебя умоляю, закрой балкон, — взмолилась Маруся. — Пусть тут будет прохладно. Хочешь жариться, катись на пляж.
Братец внял ее просьбе, после чего повалился с ногами на кровать.
— Ты какой себе хочешь номер, «три орхидеи» или «четыре орхидеи»? — поинтересовался он.
— Мне все равно, — качнула головой Маша, с укоризной косясь на его пыльные кроссовки.
— Тогда я выбираю номер три. По крайней мере, это простое число.
— «Простое» что? — переспросила Маруся; не всякий раз братца можно понять.
— Ты в школе когда-нибудь училась? Простое число, каковым является «три», делится только на единицу и на самое себя. А «четыре» — и на единицу, и на самое себя, а также еще на два. Улавливаешь разницу?
— Если честно, она мне кажется незначительной, — покачала головой Маша. — Но соглашусь и на «четыре орхидеи», если тебя это хоть сколько-нибудь порадует.
— Порадует, — кивнул брат. — Договорились. Теперь марш отсюда! Я имею в виду, в свой номер. Согласен даже не пользоваться общей гостиной, только бы подольше побыть без твоих нудных нравоучений. С моей стороны дверь будет всегда закрыта, это понятно? Я лично сюда приехал, чтобы как следует отдохнуть! Чтобы не слышать: нехорошо спать в ботинках — надо предварительно разуться, не ковырять в носу, мыть руки перед едой… весь этот обычный бред.