— Миллионером? Что вы болтаете?
— Мистер Келли, вероятно, вы считаете меня круглой дурой. Когда вы предложили продать ферму, я навела справки и узнала, что нашу землю хочет купить один строитель и возвести тут небоскреб. Ваша так называемая «клиентка», которую интересует камин, — это вы сами.
— Ну и что? Мне тоже надо зарабатывать.
— Зарабатывать на «беспомощных старушках»?
— Такова жизнь. — Он выпрямился в кресле. — Так мы договорились, миссис Грант?
— Никоим образом, мистер Келли.
— Я вас не понимаю! Вы предпочитаете сесть в тюрьму за убийство?
— А кто узнает об убийстве? Видите ли, я нашла в вашей машине один бурый конвертик.
— Вы сунули свой длинный нос в мою машину?
— Вы не очень вежливы, мистер Келли.
— Любопытство — не очень приятная черта характера, миссис Грант. Верните, пожалуйста, мой конверт.
— Я оставлю его у себя для подстраховки. Вы, кажется, занимаетесь фотографией и сами проявляете снимки? Полагаю, что многие люди неодобрительно относятся к искусству… порнографии. А девушки — ваши знакомые?
Он ничего не ответил, но на лице его отразилось негодование.
— Я полагаю, — продолжала Рут, — что недвижимость — просто прикрытие для вашего основного занятия. А фильмы напрокат вы даете?
— Уж слишком много вы знаете об этой области деятельности.
— Стараюсь идти в ногу со временем. И это обеспечивает мне покой и неприкосновенность. — Она улыбнулась. — Согласимся на ничью, мистер Келли?
— Никоим образом, миссис Грант. — Он встал и пошел к двери.
— Куда вы?
— Выкапывать труп вашего мужа. Привезу его обратно и брошу на пол, как было. — Он выскочил на улицу, хлопнув дверью.
Рут нервничала, боясь, что они не приедут вовремя, но они успели. Ее удивило то, что их было только двое. Они загнали машину в амбар, как она и советовала по телефону, и вошли в дом. Курки их револьверов были взведены.
— Его еще нет, — сказала Рут, — но скоро вернется.
— А где тело? — спросил один из них.
— За телом-то он и поехал.
Полицейские недоуменно переглянулись.
— Куда?
Рут принялась ломать руки и попыталась выдавить хоть одну слезинку.
— Он зарыл тело в землю. А теперь пошел откапывать.
Полицейский понимающе кивнул, но смотрел на Рут вопросительно.
— Хм… Мадам, вы…
В этот миг напарник схватил его за руку.
— Гарри, машина подъехала.
Рут зашмыгала носом.
— Не давайте меня в обиду.
Полицейские выглянули из окна сквозь жалюзи.
— Он открывает багажник, — сказал Гарри. — Боже мой!
— Быстро — в кладовку! — прошипел его напарник. — Не бойтесь, мадам, мы будем рядом. Как только он войдет, заговорите с ним.
— Хорошо, хорошо… — Она закусила губу.
Келли выволок тело на крыльцо и открыл дверь. Рут молча наблюдала за ним.
— Забирайте. — Келли бросил труп на пол в кухне. — Теперь отдавайте конв…
Рут завопила во всю глотку:
— Не трогайте меня!
Двери кладовки распахнулись, и Келли замер. Полицейские проворно надели на него наручники.
— Эй, что это вы? — взвизгнул он.
— Я же говорила, что он вернется. — Рут заплакала. — Он сказал, что я похожа на его мать, и обещал не трогать меня, если я никому не скажу.
— Что вы болтаете? — крикнул Келли. — Что тут происходит?
— Я все им рассказала, как вы не сошлись с Джоном в цене, как Джон начал ругаться, как вы рассвирепели и ударили его ножом, а потом сказали, что похороните, если я отдам вам ферму. В противном случае грозились заявить, что это я убила его.
— Она совсем свихнулась! Она его и прикончила! Он был мертв, когда я приехал.
Рут зарыдала.
— Минуту, — сказал Гарри. — Я не совсем понимаю, зачем вы привезли тело обратно.
— Потому что она собиралась шантажировать меня! И это — после всего, что я для нее сделал!
Рут улыбнулась, вспомнив о спрятанном в спальне конверте.
— Это доказывает, что я говорю правду, — сказала она. — Если мистер Келли не сделал ничего плохого, у меня нет причин шантажировать его, так?
Гарри пригнал машину, второй полицейский повел Келли к двери. Наблюдая за ними, Рут почувствовала легкие угрызения совести — ведь он действительно сделал ей одолжение. Потом посмотрела на тело в кухне и подумала: «Скорее бы его убрали. Надо срочно помыть кухню и навести порядок».
На пороге Келли остановился и обернулся.
— На мою мать вы никак не похожи.
— Сомневаюсь, что она у вас была, — фыркнула Рут.