Лиза встала перед зеркалом и внимательно посмотрела на свое лицо. Стыдно. Стыдно быть несчастливой. И сложно прятать свои неудачи от посторонних глаз. Пусть лучше ее считают высокомерной гордячкой. Все, что угодно, только не жалость. Жалость лишит ее последних душевных сил. Нужно наконец посмотреть правде в глаза. Признать и успокоиться. Да, ее личная жизнь не сложилась, и впереди одиночество. И надо встретить его достойно и постараться полюбить. И разве она уже не любит его? Свое одиночество. Лешка сказал, что без любви ему неинтересно. Прямо так и сказал. Честно и откровенно. Все проходит, и любовь в том числе. А трахаться из чувства долга он не хочет. Противно. И времени жалко. Он не хочет потом жалеть о потерянных годах. Мало кто может похвастаться таким откровенным объяснением перед расставанием. Это потом уже Лиза поняла, почему он так решительно сжег за собой все мосты. А тогда… Тогда она даже не могла его толком возненавидеть. У нее хватило только сил закрыть за ним дверь и впасть в депрессию. Целый год после этого она не могла подойти к роялю. АЛешка переехал жить в Москву и женился на дочке, какого-то бизнесмена. Она не выясняла подробности. К ней это уже не имело никакого отношения. Для нее Алексей умер. Даже хуже. Если бы он действительно умер, то у нее бы остались воспоминания. Их было бы много, и она бы их бережно хранила. Как он смотрел на нее, как говорил, как приносил кофе в постель, как любил… Но после того, что он сказал при расставании, она была лишена этих воспоминаний. Они были отравлены его словами. И даже если она все-таки вспоминала его, то невольно начинала спрашивать себя, когда же именно ему стало противно и почему она ничего не заметила? И когда после Алексея у нее появился мужчина, то в минуты близости с ним этот же вопрос преследовал ее. Сможет ли она понять, когда он к ней охладеет? И что он чувствует, когда занимается с ней любовью? И почему в эти моменты у него становится холодное и отстраненное лицо? Разве можно с такими мыслями целоваться с мужчиной? И зачем вообще приближаться друг к другу, если в конечном итоге это ни к чему, кроме ненависти, не приведет. Она оглядывалась по сторонам и на каждом шагу находила подтверждение своим мыслям. Как мало счастливых семейных пар. Душевная близость между мужчиной и женщиной была скорее исключением из общего правила. Не найти в этих отношениях гармонии и незачем к ней стремиться. Гармонию можно найти только в музыке. И Лиза наполняла тишину любимой музыкой и окружала себя красивыми вещами. И временами чувствовала себя счастливой. Если бы не отец… Единственный близкий человек в этом лживом мире. Как им было хорошо вместе. Особенно после маминой смерти. Пока не появилась эта Анастасия Романовна, эта подруга детства. Отца с тех пор, словно подменили… Не зря говорят: «седина — в голову, бес — в ребро».
Лиза подошла к роялю и положила руки на клавиши, но играть не смогла. Интересно, откуда в ней эта способность? Наверное, от бабушки. Не зря бабушка все время повторяла, что самый большой грех желать людям зла. Зло возвращается. А бабушка была верующей и боялась расплаты. Видимо, и ей не раз пришлось убедиться… Убедиться в том, что… Лиза лукаво улыбнулась. Наедине с собой можно было не кривить душой и не бояться показаться сумасшедшей. Она знала, что обладает необыкновенной способностью. Ее дурные мысли материализовались. Стоило ей разозлиться на кого-то, как с этим человеком случалось несчастье. В народе это называется дурной глаз. Правда, ей самой это не приносило счастья. Получалось, что в ее уникальной способности не было никакого толку. Если не считать исчезновения Анастасии Романовны. Стоило ей только захотеть, чтобы ее не стало, и ее не стало…
Варя возвращалась домой знакомой дорогой от больницы. Пешком — до метро. С потоком людей спустилась вниз, покачалась в вагоне, выплыла на эскалаторе возле Петропавловской крепости и бездумно пошла к Троицкому мосту, хотя ей нужно было идти совсем в другую сторону.
Думать связно Варя не могла сейчас ни о чем. Какие-то обрывки мыслей, ощущений. Она зачем-то стояла на мосту, как голый нерв, подставив себя пронизывающему ветру. В таком состоянии хорошо напиться, чтобы отодвинуть проблему и на время позабыть о ней, дать отдохнуть усталым мозгам. Но этого-то позволить себе Варя не могла никак. Арсений сказал, что дела Андрея очень плохи, при таком развитии болезни он вряд ли доживет до зимы. Что же тогда будет с Варей? А ничего. Если Андрей умрет, она не останется без него ни минуты. Она уйдет вместе с ним. Значит, у нее тоже осталось не так-то много времени. До зимы. Где ж тут напиваться? Нужно действовать, и как можно быстрее.