— Ну да. Я думаю, он немедленно примчится и к тому же еще выложит свои карты. Мы убьем сразу двух зайцев: во-первых, у нас под рукой появится один из подозреваемых, а во-вторых, вы проясните свою личную жизнь. Согласны?
— Хорошо. Я так и сделаю.
— Ну, тогда все. Будем держать друг друга в курсе дела.
Варя кивнула и полезла в сумочку за авансом.
Дмитрий сложил деньги пополам и засунул их в нагрудный карман джинсовой куртки.
— Вас подвезти?
— Спасибо, не надо.
Они попрощались, и Варя вышла из машины. Дмитрий нажал на газ и сорвался с места.
Она смотрела ему вслед и думала, как легко и быстро он понял, как устранить казавшуюся неразрешимой проблему ее личной жизни. И как хорошо, что у нее есть деньги, без которых она бы никогда не смогла воспользоваться услугами этого энергичного парня.
Проба на туберкулез у Вари оказалась положительной. Но, как сказал Арсений, это не означало, что она больна. Ей просто нужно пройти краткий, не больше двух-трех месяцев, курс лечения под наблюдением врача. Для этого даже не понадобится ложиться в стационар и брать больничный.
А на следующий день утром должен был приехать Стас. Варя не хотела обсуждать при Алисе свой возможный развод и отправилась встречать его на Московский вокзал. В ожидании прибытия поезда она стояла на перроне и вспоминала их так называемую совместную жизнь, состоявшую, как ей теперь казалось, из одних только расставаний. Нет, все же не только. Нужно быть справедливой: раз были расставания, значит, были и встречи. Были. Но какие? Стас никогда не предупреждал о своем приезде заранее. Он все возможные усилия прикладывал, чтобы застать ее врасплох. Зачем? Нетрудно догадаться. Стас не доверял ей с самого начала. Видимо, он судил о Варе по себе. А узнать лучше свою жену ему так и не представилась возможность. Если бы они пожили вместе подольше… Но так удобно было после ссоры разбежаться по разным городам. А ссоры вспыхивали так часто… Особенно вначале.
Поезд прибыл. И первые пассажиры зашагали по платформе. Варя сразу заметила среди них высокого худощавого Стаса. Он, по своему обыкновению, был одет в черное. Но нельзя было не признать, что длинный черный кожаный плащ был ему очень к лицу. Он остановился перед Варей и поцеловал ее в губы. Вернее, он не просто ее поцеловал, а выполнил целый ритуал. Он поставил на асфальт свой дипломат и осторожно, двумя руками, приподнял ее лицо, некоторое время внимательно всматривался в самые зрачки, потом кончиками пальцев убрал с ее лица какие-то невидимые ворсинки и только после этого очень нежно и медленно стал целовать ее, словно пить, желая выпить без остатка. Только особо одаренные люди могут так красиво и открыто выражать свои чувства. При виде такого поцелуя у людей непроизвольно начинало сильно стучать сердце. Со стороны это выглядело очень убедительно. Стас, в отличие от Вари, был тщеславен. Ей для полного равновесия с миром хватало двух-трех близких людей, от пяти она уже уставала. А Стас совсем другое дело. Ему нужны были подмостки, и толпа зрителей, и их лица, полные восхищения. Очень трудно долго находиться рядом с таким человеком. Все время как на сцене. Раньше у Вари от поцелуев Стаса дух захватывало. А сейчас она ничего не почувствовала, кроме того, что у него холодные губы. У него была такая особенность. Даже когда он желал ее особенно сильно, у него всегда оставались холодными губы. Интересно, а почему все же он сам не хочет ничего менять? Ведь и сейчас, когда он приехал обсудить возможный развод, он первым делом дал ей понять, что можно оставить все по-прежнему.
— Пойдем?
Варя прошла мимо входа в метро.
— Разве мы не к тебе домой?
— Нет. Хочу поговорить прямо сейчас. Зачем откладывать, верно?
— Я решил, что ты передумала.
— С какой стати?
— Мне показалось…
— Тебе показалось.
Они зашли в первое попавшееся по дороге кафе. И Варя сказала, что если он в принципе согласен разводиться, то ей хотелось бы услышать его условия. Она сказала так, как посоветовал ей Дмитрий.
Стас засмеялся:
— Ах ты, моя птичка, ты хочешь услышать мои условия?
Варя смотрела на его злое чужое лицо и не могла поверить, что несколько минут назад он страстно целовал ее.
— Ну конечно. Неужели ты думаешь, что после семи лет замужества мы просто сходим в районный загс и разведемся?
— А, значит, загс тебе не подходит. Так что же ты хочешь?
— А ты?
— Я? Честно?
— Ну конечно.
— Хочу тебя трахнуть. Прямо сейчас. Может быть, для начала найдем койку и займемся этим?
— Как тебе не надоело… Все одно и то же…