— Идете, что ли? — раздалось сзади, выводя меня из ступора. На меня выжидательно смотрела Ульяна, возвращающаяся откуда-то.
— Да, да… Конечно.
Вечер обещал быть долгим и невыносимо тоскливым. Я слонялся по территории, надеясь столкнуться с Ноличем и попытаться его разговорить, но он пропадал где-то у главного здания, появляясь редко, бесконечно чем-то занятый.
Сафьянову, кажется, полегчало, он перестал носиться по коридору как угорелый и передвигался теперь по нему вальяжной походкой, как человек, которому некуда торопиться. Молоденькую медсестру, вечно читающую книжку, сменила женщина-вамп с пронзительным макияжем и волнующими формами. С грустью я отметил, что мне совершенно не хочется познакомиться с ней, чтобы скоротать предстоящую ночь, чем, без сомнения, я не преминул бы заняться в другое время.
В девятом часу я отправился в свою палату и завалился спать, строго-настрого запретив себе думать перед сном о чем бы то ни было.
8
Я проснулся от давящей боли в груди и сразу почувствовал: что-то не так. Не оттого, что было трудно дышать, а от необычного ощущения во всем теле с правой стороны, на которой я лежал.
Я открыл глаза и подумал, что слишком глубоко зарылся в подушку — правый глаз не видел. Я попытался поднять голову и чуть не вскрикнул от неожиданности — у меня было такое ощущение, что я прилип к подушке. Я яростно заворочался и понял, что это чувство приклеенности относится ко всему телу. В голову пришла дурацкая мысль: «Сафьянов налил мне в постель клея или еще какой-нибудь дряни».
Наконец мне удалось оторвать голову от подушки, но никакого клея в слабом утреннем свете я на наволочке не заметил. Левой рукой я отбросил легкое одеяло в сторону и тут вскрикнул по-настоящему — мне показалось, что я лежу на тесте, поскольку моя правая рука и весь бок будто увязли в тощем матрасе, покрытом белой простыней. Охваченный ужасом, я стал рывками подниматься, смутно осознавая, что меня держат не снаружи, а будто изнутри, проникая в руку до кости. «Да я же сплю!» — подумал я в разгар борьбы. Эта мысль меня ободрила, я дернулся сильней и вывалился из койки, грохнувшись на пол. Подтверждая мою догадку о сне, пол принял меня не жестко, как подобает доскам, а словно бы спружинил подо мной, и я не так больно ударился. Тут, по всем законам сна, следовало бы проснуться, но кошмар продолжался — я увидел, что моя правая нога все еще в плену матраса.
Я смотрел на ступню, по щиколотку увязшую в постели и не верил глазам. Обретя более или менее твердую опору в виде пола, я потянул ногу из этого необычного капкана и с ужасом увидел, как она постепенно появляется оттуда как ни в чем не бывало, словно из тумана. Однако те же неприятные ощущения, будто меня держат за кость, подтверждали, что это не туман.
Наконец я освободился полностью и вскочил на ноги. «Что-то происходит, что-то случилось», — твердил я про себя, таращась на постель. Потом наклонился и осторожно потрогал подушку, но ничего особенного не произошло. И с одеялом, и с подушкой, и с матрасом все было в порядке. Тогда я, осмелев, попробовал надавить на матрас посильней, и снова страх охватил меня — пальцы проникли внутрь матраса, как сквозь желе. Я поспешно выдернул их обратно и попятился от койки, хватая пересохшим ртом воздух.
Грудь уже не болела, и я, лихорадочно путаясь в мыслях, понял, что чувствовал боль, когда увяз во сне в матрасе. Во сне! Тут до меня дошло, что я все-таки не сплю. Я принялся остервенело себя щипать, морщась от пронизывающей кожу боли. Вне всяких сомнений, я бодрствовал, и весь этот кошмар был со мной наяву. Я попытался успокоиться, подумав, что, вероятно, нахожусь под действием каких-то галлюциногенных препаратов, которых я в жизни не пробовал, и оттого объяснение казалось мне весьма правдоподобным: мало ли что чудится людям в таком состоянии? Мне действительно стало легче, и я решил одеться.
Я схватил лежавшие на спинке кровати джинсы и, стоя на одной ноге, другую стал просовывать в штанину. Все шло хорошо, пока я не потянул левой рукой сильней и увидел, как мои пальцы прошли сквозь ткань, как сквозь порвавшийся полиэтилен. Но джинсы были целы, впрочем, как и мои пальцы. Я повторил попытку, действуя осторожнее, и вскоре был уже в штанах. С футболкой пришлось повозиться — она то и дело проходила сквозь пальцы, но все равно через некоторое время оказалась на мне. Джинсовую куртку я надел почти без проблем, а вот носки оказались мне не под силу. Чтобы надеть, их следовало хорошо растянуть, поскольку резинка была тутой, и тут пальцы раз за разом прошивали их насквозь, так что я через несколько минут безуспешной возни оставил попытки. Я обул кроссовки на босу ногу, кое-как завязал шнурки и распахнул дверь.