На сегодня было всего три заказа в моем районе: сломанная линия доставки, сбой старого личного монолита и самый тяжелый – контроль работы рабочих и-шников в цеху. Моя очередь.
– Понял, Полина, записал. К службе готов.
– Пока-пока.
Я быстро застелил кровать, оделся и умылся, безрадостно посмотрев на осунувшееся лицо.
– Кофе, – сказал я, поворачивая красный кран линии доставки на кухне. – Черный.
– Боюсь, у вас нет достаточного…
– Серьезно? – Я похлопал глазами. Надо же. Когда я успел? – Ну, воды.
Я закинул в рот пару пастилок сушеной ламинарии, без энтузиазма пожевал их и проверил кобуру на поясе.
– Мария, приступаю к работе, – сказал я и взял с тумбочки сумку с инструментами и сложенную несколько раз карту города.
– Начало рабочего дня зафиксировала. Удачи, Ярослав.
Я с привычным недоверием глянул вверх, включил в наушниках сборник старых песен, который мне закинул айтишник на работе, и оттолкнулся от земли. Электросамокат, жужжа, стремительно понесся вперед. Немногочисленные прохожие безразлично-хмуро косились на меня, спеша на редкую теперь очную работу. Мужчина с непроницаемым лицом переводил через дорогу и-шника, тихо хнычущего и со страхом в глазах взирающего на мир.
– Папа, где мы? – лепетал юноша, скользнув по мне взглядом. – Почему СИИ молчит? Почему так тихо…
Я объезжал распахнутые на все двери автомобили, остановившиеся навсегда в День Света. Убирать их с улиц начали недавно – конечно, с центра. До моего района еще не добрались.
Холодное солнце висело в серо-голубом небе, словно фанера. Иногда по нему пробегала слабая рябь.
– Мария, давай анекдот бесплатный. Из загруженных.
– Хорошо, – без эмоций отозвалась помощница. – Анекдот: «Человек так и не сумел стать настоящим гуманистом, поэтому придумал искусственный интеллект-гуманиста. Тот настолько любил людей, что бросил их».
Я метнул взгляд на большое, неумело нарисованное граффити на стене. «Чем дети заслужили это?» Последнее слово было подчеркнуто.
– Слышал, – сказал я Марии. – Смешно было только первый раз. Давай другой.
– Хорошо. Анекдот: «Человек перестал разводить коров, поэтому они вымерли. Человек перестал летать в космос – поэтому небо вымирает?»
– Опасный анекдот, но смешной…
Я остановился на перекрестке и сверился с картой.
– Мария, жаль, ты не можешь подсказать направление, – посетовал я вполголоса, ведя пальцем по бумаге. – Как это делалось в старые времена. Куда идти, что делать.
– Вы же знаете, что большинство спутников навигации отключилось после…
– Да-да, – отмахнулся я.
Я показал удостоверение вахтерше – большеглазой девушке, которая при виде документа испуганно приоткрыла влажный рот и мелко закивала, – и спустился в техэтаж, где располагалась линия доставки.
– Мария, запускай видео, – приказал я, снимая с шеи и прикладывая к замку магнитный мастер-ключ.
Я толкнул тяжелую дверь и щелкнул выключателем на стене.
– Хорошо. Запускаю видеосъемку.
Я присвистнул. Толстая желтая труба, ведущая в стену – от дома к центральному цеху, – была пробита. Вместо того чтобы поступать вверх, в квартиры, по множеству труб потоньше, еда вываливалась на пол. Накопилась довольно большая, жирно блестящая куча.
– Поступление питьевой жидкости не приостановлено, – прокомментировал я для записи. – Злоумышленник повредил только пищепровод.
Я покрутил наладонником, чтобы Мария засняла все. То, что стены не повреждены, подкопов не видно, как и пробития низко нависающего потолка. Значит…
– У преступника был ключ или что-то похожее, которым он открыл и закрыл дверь, – протянул я задумчиво. – Металлопласт я самостоятельно залатать не способен. Нужна бригада.
Я обошел кучу оплаченных, но не полученных белков, жиров и углеводов и встал у панели управления. Труба в это время зашкворчала и выплюнула порцию мидий с чесноком в соусе терияки. Я приложил к панели ключ. Приветливо пискнуло.
– Отключаю подачу еды до починки, – прокомментировал я свои действия, чтобы настырный супервайзер потом не брызгал мне в лицо слюной, что я обязан это делать. – Подачу жидкостей оставляю.
Я вернулся к двери и еще раз окинул взглядом на несколько часов выведенную из строя линию доставки. Третий случай за неделю.
– Мария, останавливай запись.
Я вновь махнул удостоверением перед вахтершей.
– Я по работе. Дайте позвонить.
Девушка, затаив дыхание и не моргая, без слов подтолкнула ко мне по стойке старенький телефон, лоснящийся и захватанный. Я взял его двумя пальцами, набрал номер.