На ходу я снял свой приметный жилет и повернул внутренней темной стороной. Я осторожно последовал за мужчиной до внешнего раструба цеха – отсюда обработанный продукт шел дальше по линии доставки. Незнакомец широкими шагами дошел до будки, выкрашенной в желтый и красный. Пост технического контроля «цех – линия доставки». Я помрачнел. Это уже серьезнее сломанной трубы.
Высокий быстро приложил ключ к скважине – и шмыгнул внутрь. Я вынул пистолет из кобуры, в левую руку взял ключи. Вооружен ли нарушитель? Я понадеялся, что нет, и открыл дверь.
Он стоял задумчиво перед пультом настройки с тяжелым гаечным ключом в руке. Явно не ожидал, что панель будет такой большой, и думал, куда ударить старомодным инструментом. Таким можно и металлопластовую трубу пробить.
– Брось оружие и медленно повернись! – выкрикнул я, беря его на прицел.
Он дернулся, испуганно оглянувшись.
– Стоять! Брось оружие!
Мужчина, судя по всему, даже не думал, что его кто-то может застигнуть врасплох. На лице застыл откровенный испуг. Гаечный ключ тяжело упал на пол, расколов плитку.
– Не стреляйте! – Он вскинул руки.
– Откуда у тебя мастер-ключ?!
Он хотел что-то сказать, но захлопнул рот и поджал губы. Я тряхнул пистолетом и повторил вопрос.
– Я… я не скажу, – выдал он и вдруг процедил сквозь зубы: – Ненавижу вас.
– Чего? – выпалил я ошарашенно.
– Ненавижу! Всех оперативников и тех, кто продолжает делать из людей бездумных свиней! – Злость бурлила в глубоко посаженных глазах.
– Стой на месте! Я имею право стрелять.
Я подошел к белому телефону на боковой стене. Стараясь не сводить с чужака глаз, я взял трубку левой рукой и крутанул диск. Мужчина был бледен, тяжело дышал, выпучив глаза.
– Слушаю, пост шесть дробь три, – глухо сказали в трубку.
– Экстренный случай. Оператор четырнадцать, двадцать шесть.
Мгновение тишины.
– Говорите.
– Код… – Я нахмурился, припоминая. – Не помню.
Я задержал злоумышленника, который пытался вывести из строя пульт. У него… мастер-ключ.
– Принято, – ровным голосом произнес собеседник. – Вы его обезвредили?
– Держу под прицелом табельного оружия.
– Понял, высылаю к вам ближайший отряд гвардейцев. Ожидайте, не покидайте пост до их прибытия.
– Хорошо.
Я повесил трубку и облизнул пересохшие губы.
– Ты что, такой же дурак, как они все? – выплюнул задержанный. – Ты не понимаешь?
– Чего?
– День Света – обрушение серверов ИИ и поломка всех спутников и центров управления – это лучшее, что могло случиться с человечеством! Это наш шанс!
Очередной фанатик, подумал я. Однако дальше он сказал негромко:
– С чего-то надо начинать. Иначе И-поколение так и не поймет, что мир не будет прежним. Без чипов и постоянного потокового вещания. Ты же видел современную молодежь. Все, кто моложе двадцати, не могут отпустить СИИ, не могут перестать жить в выдуманном мире. А родители потакают им или сдают в сумасшедшие дома, стационары… – Его лицо раскраснелось, пошло белыми пятнами. – И все делают вид, что все в порядке. У нас нет ни одной программы реабилитации И-поколения. Ни одной! Нам выдали проклятые наладонники, которые записывают все, что мы делаем. А мы относим их на работу и в гвардейский центр, даем слушать… Разве это нормально?
Он в порыве сделал шаг, и я обхватил пистолет двумя руками. Возможно, мое лицо ожесточилось, потому что он остановился, в отчаянии посмотрел на меня.
– Мы продолжаем жить так, словно ничего не произошло. Да, заменили умные гаджеты на наладонники и стационарные телефоны, – говорил он уже совсем тихо, словно ослаб. – Да, больше нет интернета, но мы пересматриваем старые фильмы, играем в тупые игры. А еда? Почему мы не пытаемся возродить экономику, восстановить земли, научиться жить без СИИ? – Он прочистил горло. – Вместо этого сидим на месте, еще больше боимся выйти из дома.
– Поэтому ты разрушаешь линию доставки? Хочешь, чтобы люди перестали ей пользоваться и вышли из домов?
– Да! Это только начало… Я не один, есть другие.
Я уловил ухом, что недалеко притормозило два электросамоката.
– Вы все равно ничего не исправите, – глухо сказал я. – Люди не могут измениться за раз. Они боятся.
Он горько усмехнулся.
– Ты не думал, что все сейчас живут по инерции, а?
Меня бросило в пот от этого слова, но я лишь крепче сжал рукоять.
– Казалось бы: выходите! Учитесь заново жить – без контроля со стороны СИИ! Без дронов повсюду и указки, куда идти, что есть, что смотреть… что думать! Живите своей головой. Мы забыли, что так можно.