Журнал «Юность» № 09/2025
© С. Красаускас. 1962 г
Поэзия
Евгений Чигрин
Родился в 1961 году. Публиковался во многих литературных журналах, в российских и зарубежных антологиях. Стихи переведены на двадцать один язык мира. Лауреат премии имени Арсения и Андрея Тарковских, «Золотой Дельвиг», журнала «Урал» за лучшую поэтическую подборку и других наград.
Несмертельные алмазы
ПАВШИНСКИЙ МОСТ
Сто пятая, а может, сто седьмаяПроходит ночь, ей выстланы пути.Не надо знать, что Смерть стоит, играяКанцону «Похоронные мосты»,А может, сарабанду привидений.Как близкий друг, фонарь мигнул звезде,И вышли мертвецы из сочиненийПасти таких же, покажите где?Мы головы от страхов прячем в пойме,Бывает так, когда уходит Бог,Устав от нас, Он засыпает в доме,В воздушном доме на сакральный срок.А снега шелк фланирует точеныйИ ангелы сгущают белизну,И голос трубный слышен золоченыйО том, что нужно вызволить весну.Как не свихнуться, как тепла дождаться,Не заплутать в асфальтовой тюрьме,Заплакать в круге, солнцу рассмеяться,Подставив жизнь мерцающей зиме.К мосту выходят все бульвары в пойме,Мост держат на плечах снеговики:Лениво размышляют в полудреме,Заучивают счастье и стихи.Сто пятая, а может, сто восьмаяСморенная идет на коду ночь.Не надо знать, что Смерть стоит, играя…Вся живопись из наших лучших почв.Дождемся: петухи отбросят страхи,Мадонна тем плащом закроет нас,Чью ткань давно проплакали монахи,Вторых и прочих здесь не нужно фраз.
КОШЕЛЕК
Мой кошелек из облаков и меди,А может быть, из самых южных рифм,Когда я говорю тебе: «Ну где ты?» —Я открываю полусонный миф,В котором яйца цвета апельсина,А в них алмазы несмертельных слов,Там Смерти нет, она у магазинаИгрушек детских ходит без носков.Она забыла, кто она такая,В руках у Смерти не коса, а что? —Конфеты от Деметры? ЗолотаяНа ней накидка, джинсы арт-бордо…Она забыла! Флаг ей в руки, песни,Вискарь на счастье, про любовь вино,Дыханье подмосковной белой бездны,От режиссеров лучшее кино…Она забыла, как бросаться ночьюСо скользкой крыши, кровью истекать,И как убийца удобряет почвуТелами жертв, которых не сыскать.Она, конечно, позабыла мыло,Веревку и – как пользоваться… МракНадел ботфорты, без ориентираШагает, распуская веер-страх…Она одна стоит у магазина,Как будто просит: у кого и что?Бомжиха, бездомовница, картина —Вот в точку слово – пусто и мертво.Накрой нас, Брейгель, окуни, Ханс Бальдунг,Зеленым цветом сумерки сомкни,Пошли нас всех на занебесный кастинг,Так говорят вечерние огни.Глубинный город, тот, с которым связан,Мой кошелек откроет – там стихи,А смерти нет, ко мне ей путь заказан…Бывает так? Закорчились грехи,И запятые заплясали нечтоТакое, что на кладбищах жукиТанцуют в темень… Не кончайся, лето,Дай прочитать медовые штрихи,Дай меда на тарелку тетке Смерти,Мне в кошелек и – ангелу, затем,Чтоб я сумел закрыть окно, где черти,Увидел свет, что вытянут в Эдем.
* * *
Мальчик-призрак с дешевой игрушкойСнова рядом с моею подушкой,Что-то помнит, что помнить нельзя,Что-то шепчет, зависнув под люстрой,Тянет фразу: «Кому я обузой…»Дождь за шторой поднял паруса
И несется вовсю пироскафомИз рифмованной книги, и ржавымВодостокам работы полно.Следом молния мчит на грифонеВ красном худи и в красной короне,Эльфы-вспышки, и снова темно.
Мальчик-призрак ушел? Появился?Он за шторой? Возможно, приснился?Детством послан, а детство зачем,Если все корабли прохудились,Все корсары в Корсакове скрылись,Звездочеты вошли в Вифлеем.
Было трое волшебников? Вроде…Был четвертый потерян в походе,Драгоценные камни раздалБеднякам этот муж позабытый…«Мальчик-призрак, скажи-ка, ты сытый?» —Говорю я как будто в астрал?
«Да, случалось, бывал я голодный,Хлюпал в ботах и видел нетвердыйМир, где праздники в красных цветахБыли смешаны с пойлом дешевым,Там не лезли в карманы за словомИ в рублевых себя зеркалах
Замечали». Ушло сновиденье?Ну конечно, какое сомненье?Почему же двойник за столом?..Старый чайник свистит свои марши,Ни на грошик в пузанистом фальши,Вот таким нужно быть стариком.