– Да вы присаживайтесь, – благодушно напомнил Игорь Сергеевич. – В ногах, сами знаете… Журналист опомнился и присел рядом.
– Вас здесь хорошо знают.
– И это тоже, – согласился Игорь Сергеевич. – Этот ресторан нейросертифи… Как его, – защелкал он пальцами. – В общем, обслуживание с помощью нейросети. Достаточно моей недовольной рожи – и вот, пожалуйста. Со скатеркой только немного ошиблись. В моем образе она не настолько белоснежная. Но то времена былые…
– Впечатляет, – согласился журналист. – У меня к вам несколько вопросов, Игорь Сергеевич, прежде чем мы перейдем к, так сказать, основному блюду.
– Излагай. Пока издательство платит за все это великолепие, я весь твой. Прозит!
Игорь Сергеевич опрокинул рюмку водки и потянулся за рыбцом.
– Да, – заторопился журналист. – Скажите, вы уже знаете, какое оно будет? Первое слово?
– Первое слово есть уже давно, с первого дня контракта. Дело не в самом слове, Рома. А в том, как именно я его преподнесу. Да выпей ты, не стесняйся.
– Спасибо, – ответил журналист, едва пригубив водку. Он предпочел бы коньяк, но на работе все равно алкоголь не полагался. Разве что как дань вежливости.
– И вы уже… знаете, как это будет?
– А вот этого, молодой человек, я не знаю до последнего мгновения, – сообщил голосом бывалого балагура Игорь Сергеевич. Вид у него был соответствующий – этакий жизнерадостный толстячок неопределенного возраста.
– Следующий вопрос. Сколько книг на вашем счету?
– С учетом будущей? Дай подумать… Получилось двадцать два детектива, семнадцать фантастических романов, три любовных. Три… нет, четыре в жанре альтернативной истории. Ну и четырнадцать политических триллеров. Итого шестьдесят. Ну и шестьдесят первая предстоит…
– Какой это будет жанр?
– Это не так просто предсказать, – ухмыльнулся Игорь Сергеевич. – Пусть останется секретом.
– Последняя ваша книга разлетелась, как горячие пирожки. Предыдущие имели чуть меньший финансовый успех, но все же вы обошли всех ваших коллег. Как у вас получается? Ведь писателей много, но вы… Вы уникальны.
– И потому издательство держится за меня, как провинциальная девица за столичного мажорчика. И потому мне присылают журналиста, а не бот-опросник. Это был долгий путь, Рома. Игорь Сергеевич ударился в воспоминания о творческом пути. Теперь он напоминал не балагура, а эстрадную звезду на пенсии. Рома усмехнулся про себя – интересное сравнение, учитывая, что сделал прогресс с эстрадниками.
– Личность – вот что основное, – продолжал разглагольствовать писатель. – Без разнообразного и глубокого – я подчеркиваю! – жизненного опыта ничего не выйдет. Человек – это важно, человек – это гордо, человек – это творец.
– Звучит как тост, – не удержался Рома.
– Прозит! – кивнул Игорь Сергеевич и глянул на часы. – Пора переходить к завершающему этапу, Рома?
Игорь Сергеевич сделал знак официанту, чтобы закрывал счет. А журналист тем временем развернул ноутбук и настроил камеру.
– Все готово, Игорь Сергеевич. Я запечатлею этот исторический момент, – сказал Рома.
Писатель глубоко вздохнул, слегка изменил позу, подался вперед и произнес в камеру звучно и сочно:
– В лобби курортного отеля на нее обратили внимание все.
Рома сделал восторженное выражение лица:
– Великолепно, Игорь Сергеевич. Весьма и весьма проникновенно. Мне кажется, это будет любовный роман?
Писатель склонил голову в знак согласия, он явно был доволен. Нейросеть «Гоголь» старательно созидала будущий бестселлер.
Удивительно, подумал Рома, как он умудряется добиваться от той сетки таких результатов? Тысячи пытаются, но получается плоский и скучный текст, а этот пенсионер выставит физию на камеру, ляпнет банальщину – и на тебе, читают на ура.
Игорь Сергеевич дождался, когда Рома покинет заведение, и открыл файл с новоиспеченным романом. Ему хватило нескольких страниц. Файл он с чистой совестью стер и заменил на свой, над которым работал последние полгода.
– Хоть ты и «Гоголь», – шепнул он. – Но писатель из нас двоих пока только я. «Кстати, надо попросить прибавки за рекламу, – привычно подумал он, – а то этих гоголей напродавали больше, чем моих книг».
В грудном кармане потеплело, и проникновенный мужской голос предупредил:
– О да, она горячая штучка!
Жора чокнулся с бухгалтершей и бочком-бочком двинулся к другой компании.