Рита пришла убираться в павильон хищников. Заметив озадаченного Иоганна Георга, она подошла к открытому вольерчику и тоже уставилась на тряпичную лису. Рита быстро сообразила, в чем дело, и хмыкнула:
– Никогда мне этот мангуст не нравился.
Иоганн Георг перевел взгляд на Риту:
– Ты заметила в нем что-то такое?
– Ну, возле него как-то некомфортно было. Хоть и не вонял сильно.
Иоганн Георг размышлял. Самому попытаться найти Джефа представлялось приключением, далеким от его реальных возможностей. К тому же Иоганн Георг в герои не набивался. Да, Джеф его перехитрил. Иоганн Георг готов был это признать. Но перед кем? Не рассказывать же начальнику об их сделке. «Призна́ю, что дурак, – подумал Иоганн Георг, – и будь что будет».
Когда Иоганн Георг описал начальнику внешнюю, видимую ситуацию, тот протяжно вздохнул, постучал пальцами по столу, отведя взгляд, и ответил:
– Ты, Гоша, знаешь, человек хороший… А мангуст – что? Крыса какая-то. Тьфу.
Тамара вышла на станции «Проспект ветеранов» и зашагала к бульвару Новаторов. Пушистый воротник шептал ей на ухо:
– Ну наконец-то, Тамара! Сейчас курочку мне достанешь… Постой, Тамара, постой, газету возьми.
Джеф любил типографскую краску и новостные статьи. Это была его единственная маленькая слабость. Заранее зная, что произошло, происходит и произойдет в тот или иной день, Джеф наслаждался журналистским слогом и попытками дать статье оригинальное название. С особым интересом он относился к статьям о зоопарках, в частности к «некрологам» животных. Будь у него тетрадочка, он вырезал бы своими лапками заметки типа «В Московском зоопарке умер редкий белоголовый сип – краснокнижная птица проглотила перчатку одного из посетителей» и бережно вклеивал туда. Но, обладая бесконечным сознанием, он без усилий запоминал каждое слово. «В Екатеринбургском зоопарке скончался белый медведь Умка. Причиной смерти стал детский мячик, брошенный кем-то из посетителей в вольер. Умка его проглотил». «Белгородский зоопарк сообщил, что капибара по кличке Рудольф скончался из-за онкологического заболевания».
Тамара познакомилась с Джефом летом. Она пришла в зоопарк с сестрой и племянником, которые приехали из Москвы. Трехлетний племянник беспорядочно носился по территории, за ним едва поспевала его мать, а Тамара методично рассматривала животных в строгом порядке, как располагались их клетки. Был жаркий день, людей было мало, и многие звери прятались в темных тенистых углах, но не этот мангуст. Он сидел на задних лапах, вертикально вытянув тельце, в самом центре вольера. Тамара встретилась с ним глазами, и он заговорил. Тамара посчитала его речь чем-то естественным и одновременно грандиозным. Тамара была именно тем человеком, на беззаветную помощь которого он мог рассчитывать. Она была одинока и работала в газетном киоске. От нее пахло типографской краской. Он не без преувеличения рассказал ей о своем многовековом существовании, о тысячах жизней, человеческих и животных, протекавших вокруг него, и она беспрекословно ему поверила. Так она стала его наперсницей, а он стал ее фамильяром.
Побег появился в планах осенью. Вступив в сделку с Иоганном Георгом, оказавшись в теплом, но открытом сверху вольере, Джеф подговорил Тамару. Дело оставалось за малым – Тамара должна была своими руками сшить тряпичную лису в знак преданности Джефу. Ритуал, который Джеф придумал, чтобы потешить себя в ожидании задуманной им даты. Тамара приходила не слишком часто, чтобы ее не запомнили, но все время чувствовала связь с Джефом, прощая ему его ехидство. Она шила долго, и при каждой встрече мангуст, изображая крайнюю серьезность, ее поторапливал.
Тамара уступила Джефу кровать, обложила его подушками, а сама разместилась на раскладном кресле. Когда наевшийся мангуст проворчал что-то про завтрашний выпуск газеты и уснул, она еще долго сидела и смотрела на него с благоговением. Она не осознавала, что украла из зоопарка дикое животное. Она освободила Джефа, этот неукротимый величественный дух, сокрытый в теле мангуста.
Утром, пользуясь тем, что никто не знает, что происходит внутри этих маленьких будочек газетных киосков, Джеф отправился с Тамарой на работу. Он перемещался по улице по-прежнему в виде Тамариного воротника и посвистывал ей в левое ухо. Они приняли утреннюю поставку ежедневных газет, и, только захлопнулась дверь киоска, Джеф стащил первый попавшийся выпуск. Забравшись на стопки под прилавком, он начал с размеренностью гурмана просматривать столбцы текста на первой полосе. И вот… «В Ленинградском зоопарке трагически погиб мангуст. Во время замыкания электропроводки зверек выбрался из своего вольера и неизвестным образом проник в вольер к амурскому тигру, кем и был растерзан. На месте происшествия ведется разбирательство».