По запруженному мосту по-прежнему невозможно было пройти, а где-то справа начался жаркий спор:
— Это же мой племянник!
— Что ты несешь?! Он мой лучший друг, еще со средней школы!
— Нет, это мой двоюродный брат! Мы ж как две капли воды, на нос его посмотрите!
Рядом с кучей столетней грязи стоял мужчина лет сорока пяти, оказавшийся в центре перепалки и явно сбитый с толку. Я присмотрелась — кого-то он мне напоминал. Щетина, грязные длинные волосы, собранные в хвост, — я безуспешно силилась вспомнить. Когда уже хотела махнуть рукой, меня осенило: это же моя пятая попытка отношений. Мужчина, который заставил меня влезть в долги, угостил рамэном и исчез. Именно благодаря ему я оказалась в Южной Индии. Секунд на десять я замерла, глядя в его лицо, заляпанное грязью, пока не поняла, что моя ненависть иссякла.
Когда все вокруг покрыто слоем столетней грязи, как узнать, где твои воспоминания, а где чужие? Спорщики, очевидно, не хотели тратить время на выяснение. Сидя на обочине, они продолжали размахивать руками, и каждый настаивал, что знаком с моим номером пять.
— Эй, Сенгодан, помнишь, как мы выпивали в Пудучерри? — На плечо Номера Пять легла женская рука. — Откуда же приехали те японские студенты? То ли из столицы, то ли из Хиросимы, а может, из Нагасаки? С тех пор я ни капли вина не выпила. В прошлом году вообще ввели сухой закон, и теперь от Кералы до Бихара во всех штатах алкоголь под запретом. Эх, вот бы снова в Пудучерри… Там сколько угодно можно пить. Только на этот раз поедем с Пандьяном на машине. Ему же родители новенький «судзуки» подарили и даже заказали у монахов молитвы, чтобы с сыном на дороге ничего не случилось…
Монолог женщины прервали: сидевший рядом мужчина грубо убрал ее руку с плеча Номера Пять, похлопал по его грязной спине и закатал рукав своей футболки.
— Смотри, Шивакумар! Помнишь? Мы же себе одинаковые татуировки сделали, как у того актера из фильма, который нам сильно понравился. Как он назывался-то? «Панда» вроде бы? Я слышал, панда в тибетских горах самый сильный зверь. Может показаться, что панда дремлет, но, если присмотреться, видно, что она так и сверлит тебя грозным взглядом. Хочу быть таким же свирепым. Да, мы с тобой в кино частенько ходили, каждую неделю. Как же его звали, того актера? Он вроде женился на пакистанской актрисе, которая развелась с гонщиком «Формулы-3», а потом еще попал в аварию на машине, потому что гнал как ненормальный, подсел на наркотики и в клинике лежал. Ну-ка, покажи свою татуировку. В тот раз с нами еще Вайдия ходил…
Вдруг подошел другой мужчина, схватил Номера Пять за плечи и повернул к себе. Любитель фильмов и панд не удержал равновесие и упал прямо в грязную кучу, однако его конкурент не обратил на это внимания и сунул под нос Номеру Пять голубой браслет с тонкими полосками.
— Ты помнишь, Тьягараджан? Этот браслет мы вместе стащили с лотка перед храмом Вишванатх. Кажется, мы тогда во втором классе старшей школы учились. Браслет мне не особенно был нужен, просто хотелось наделать шуму, так что я, убегая, закричал: «Теракт! Самоубийца! Бегите!» Продавец, покупатели и прохожие в панике бросились бежать без оглядки, нас даже ловить было некому.
Каждый из них спешил поделиться воспоминаниями с Номером Пять. А тот сидел, уставившись в одну точку, и, чье бы лицо ни появлялось перед ним, никаких эмоций не выказывал.
Я наблюдала за Номером Пять: он для меня остался в прошлом, и, хоть сейчас мне даже немного нравилась его робкая улыбка, выглядел он как обычный азиатский дядька, а индийцы сражались за его внимание, называя то лучшим другом, то племянником; Номер Пять, как другие сувениры из моей памяти вроде бутылки виски и мумии русалки, выловленные из столетней грязи, раньше казался невероятно важным, а теперь как будто уже мне не принадлежал, и мне подумалось, что, возможно, после смерти матери я вообще не могла полностью осознать реальность отдельных частей своей жизни, однако стоило копнуть поглубже, и я наконец поняла: наша жизнь как одеяло из лоскутов множества жизней, которые сшиты вместе вопреки всем преградам, — жаль только, что мне пришлось проделать путь до самой Индии, чтобы это узнать.
Даже когда я уже прошла мимо Номера Пять, битва за него продолжалась, и, мало того, участников в ней стало еще больше.
— О, мой старший брат!
— Илаварасан! Это же ты, Илаварасан! Сколько же лет прошло, а?
Так или иначе, мой четырехмесячный курс японского языка для начинающих, окончания которого я с нетерпением ждала, придется продлить на какой-то срок из-за наводнения. Большинство студентов, вероятно, уехали в родные города, и нужно будет дождаться их возвращения в Ченнай, а потом закончить работу с учебником.