Если бы Альптекин не принял меня за кого-то другого в ту ночь, встретились бы мы вообще? Не будь я вынуждена убегать от дедушки, то не оказалась бы у двери дома номер 13. Моя тетя даже и не подозревала, чему стала причиной.
Совладай он с собой, где бы я сейчас была и что бы делала?
Не вырази я свои чувства к нему, было ли бы между нами что-то?
Тот ошеломивший меня удар Альптекина, казалось, был направлен не в мою бровь, а в душу. Сейчас я чувствовала тянущую боль где-то глубоко в себе. Тогда я не поддалась на сладкую улыбку смерти.
Голова разрывалась от мыслей, а я все продолжала шагать по заднему двору. Когда я почти дошла до двери, то услышала голоса с другой стороны дома и остановилась. Неужели от холода мой мозг начал глючить?
Когда я приблизилась к садовой двери, три человека, заметив меня, обернулись.
Каран, Ариф и ранивший меня Альптекин… Пока я думала, что сегодняшние мои разборки только-только закончились, жизнь снова посмеялась надо мной.
Неужели они думали, что я смогу все это терпеть бесконечно?
Глава 5
Правильность ошибки
Я стояла на вершине горы и смотрела в небо. Птица, следовавшая за облаком, парила в бескрайнем голубом пространстве. Одиночество ее утомляло. Казалось, будто весь океан наблюдал за мной издалека. Хотя в нем и были миллионы капель, мне это не приносило облегчения. Моя душа горела.
На моей жизни лежало проклятие предательства тех людей, которых я называла семьей. Огонь, что сжигал мое сердце, оставил след на судьбе. Те, кто оставил эти следы, сейчас стояли передо мной. Я с яростью пошла прямо к ним, ступая босыми ногами. По пути я дважды чуть не упала, но мне было все равно.
Все трое, увидев меня, поначалу удивились. Они двинулись было навстречу мне, но Решат оказался ближе, чем они.
– Ты куда, Эфляль? Что это с тобой? Ты знаешь, сколько градусов на улице? – остановил меня он. Но я была настолько взвинчена, что меня совершенно не волновало то, как я выглядела. Решат бросил гневный взгляд на Карана и его спутников. – Твой дедушка вроде смягчился по отношению к этим ребятам. Козырь в руках Карана сильно повлиял на него. Хоть его ненависть к Карану и не исчезла, но он больше не набрасывается на него.
– То есть как это? – Я удивленно посмотрела на Решата. – Дедушка что, простит Карана?
Решат слегка пожал плечами.
– Скажем так, твой дедушка немного остыл. Иначе он не позволил бы мне и на шаг подпустить их к тебе. – Решат, не скрывая своего недовольства этим, поморщился. – Я сказал ему, что эти парни здесь, но он приказал мне не шуметь сильно. Видимо, считает, что они тебе вреда не причинят.
Я не ожидала услышать такое и, приоткрыв рот от изумления, взглянула на него. Казалось, Каран завоевал сердце моего дедушки. Но что за козырь помог ему добиться этого?
– А как насчет Альптекина? – я взглянула на троицу.
Все трое остановились и смотрели на нас. В их взглядах явно читались любопытство и беспокойство. Единственное, что удерживало их от того, чтобы сделать шаг ко мне, – это наличие грозных мужчин у двери. Иначе они бы уже подошли.
Я повернулась Решату:
– Дедушка и его тоже простил? После всего, что было…
Он отмахнулся, как будто говоря «забудь», и снял куртку, укрывая ей мои плечи.
– Мы поговорим об этом, когда у тебя будет время и ты не будешь болеть. А сейчас иди в дом. Простудишься ведь, – сказал Решат.
Он прав. Я уже стала замерзать.
Я надела куртку.
– Сначала я должна сделать то, чего дедушка не смог, – сказала я решительно и быстро вышла из сада на улицу.
Не говоря ни слова, Решат последовал за мной. Мужчины у двери встали по стойке смирно. Те трое, которые вообще непонятно почему все еще были здесь, встрепенулись, когда я подошла к ним.
Остановившись на расстоянии нескольких шагов от них, я спросила:
– Какие-то проблемы? Почему вы в шеренгу выстроились перед моим домом?
Голос мой звучал жестко.
Каран, словно не поняв вопроса, уставился на мои босые ноги.
– Ты заболеешь, – он нахмурился. – Разве можно так на улицу выходить?
Его голос был таким мягким, что я почувствовала, как что-то горячее переливается у меня внутри. Я сглотнула.
– Ты говорила, что легко простужаешься. Утром точно больная будешь, – продолжил Каран.
Я нервно засмеялась.
– Мы не о моем здоровье сейчас говорим. Эта тема тебя вообще не касается. – Я заметила, что он напрягся, но мне было все равно. – Что вы делаете у моего дома?
Я зло посмотрела на Альптекина. Кожа у него была светлее, чем у брата. Было видно, что раны на его лице почти зажили.