Коллинз улыбается, кажется, чувствуя, какую власть она имеет надо мной. И затем она дергает за завязки своего халата. Халат распахивается, все еще прикрывая ее грудь, но не более того. Она сбрасывает его с плеч, позволяя ткани растечься лужицей у ее ног.
Я привык видеть ее в объемных свитерах и рубашках оверсайз. Ее животик теперь заметно выпукл, а сиськи увеличились вдвое с тех пор, как я видел их в последний раз.
—Я же говорила тебе, что выгляжу по-другому.
Я слышу уязвимость под этой бравадой, поэтому прижимаюсь ближе, чтобы она снова почувствовала мой твердый член.
Моя голова опускается, и я провожу языком по выступу ее обнаженной ключицы.
— Да. Сексуальнее, — говорю я прямо ей на ухо.
Она дрожит.
Моя рука скользит вверх по внутренней стороне ее бедра. Она чертовски мокрая, влагалище трепещет от первого прикосновения моих пальцев.
— В мою комнату или в твою? — Я спрашиваю то, о чем никогда не думал, что мне придется спрашивать женщину в моем доме.
Я перевез большую часть своих вещей в комнату для гостей наверху, чтобы Коллинз могла занять основную спальню, ближайшую к детской. Хотя я чертовски надеюсь, что это событие означает, что отдельные спальни не будут постоянными.
Коллинз не отвечает. Честно говоря, я не уверен, что она слышала меня из-за своих стонов.
Она внезапно поворачивается, хватаясь за край стола.
— Здесь.
— Здесь?
— Да. Я так… я так близко. Мне просто нужно, чтобы ты был внутри меня. Пожалуйста. Пожалуйста, Кит. Пожалуйста, трахни меня.
Ее голос хриплый и отчаянный, когда она умоляет меня.
Ей это и не нужно. Даже если бы вся ее семья была в соседней комнате, я не уверен, что смог бы остановиться на этот раз. Я хочу этого так же сильно, как и она.
Но я все же немного поддразниваю ее, любуясь видом, как она склонилась над стойкой с раздвинутыми ногами. Она такая мокрая, что я это вижу. Чувствую это.
— Сейчас, — хнычет Коллинз. Ее задница прижимается к моей промежности, бесстыдно ища мой член.
— Ты не была такой властной, когда мы занимались сексом в прошлый раз, — говорю я ей.
— Ты жалуешься?
Я ухмыляюсь.
— Нет, мэм.
— Не называй меня «мэм». Я чувствую себя от этого старой.
— Это ты настояла на том, чтобы называть меня младшим братом Лили. — Я сжимаю основание своего члена, потирая головку о ее клитор и вокруг набухшего входа в ее киску.
Она громко стонет, выгибая спину.
— В прошлый раз тебе хотелось трахнуть подростка-переростка, Коллинз? Тебе надо учить меня, как тебя возбудить?
Она задыхается, прежде чем выплевывает какую-то тарабарщину, большую часть которой составляют ругательства.
— Хочешь установить еще один таймер? — Я поддразниваю. — Держу пари, на моем члене ты кончишь быстрее, чем от моих пальцев.
Я отступаю на дюйм, позволяя головке погрузиться в божественное лоно. Еще один вздох, когда ее внутренние мышцы сокращаются. Ее киска напрягается, пытаясь втянуть меня глубже.
— Хочешь еще?
— Да.
— Ты чувствуешь, насколько я возбужден для тебя? Как чертовски отчаянно я хочу трахнуть тебя снова?
— Еще, — умоляет она.
Это непристойно — смотреть, как кончик исчезает внутри нее. Я никогда..
— Должен ли... должен ли я надеть презерватив?
Коллинз оглядывается через плечо.
— Ты не сможешь обрюхатить меня дважды, Кит.
Я закатываю глаза. Может, я и специализировался в химии, но у меня есть и базовые представления о биологии.
— Я это знаю.
— Тогда что? Ты забыл, как заниматься сексом после воздержания?
Я шлепаю ее по заднице, любуясь розовым цветом, который расцветает на ее бледной коже.
— Нет.
— Тогда… в чем проблема?
— У меня никогда раньше не было секса без презерватива, — признаюсь я.
— Никогда? Вау. Ты так хотел избежать незапланированной беременности, да?
Она поворачивает голову так, что смотрит на плиту, а не на меня, и я мысленно чертыхаюсь. Это не то, что я имел в виду, и я ненавижу, что это первое, что пришло ей в голову.
— Есть разница между незапланированной и нежеланой, Монти. Я же говорил тебе, что хочу его. И беременность была не единственной причиной, по которой я всегда использовал защитные средства. Я просто… Я хотел убедиться, что ты не против. Я спрашиваю... разрешения? Мне кажется самонадеянным трахать тебя без разрешения.
Она отвечает не сразу, и я волнуюсь, что полностью испортил ей настроение.
— Должно быть, в прошлый раз один был испорченный. Так что, технически, ты уже один раз взял всю инициативу на себя. — Ее щеки приобретают восхитительный розовый оттенок.