– Я потерял интерес? Ты улизнула, пока я еще спал!
– Я думала, так будет проще, – говорю я ему. – Не похоже, что ты пытался найти меня после.
Я ненавижу — ненавижу — что второе предложение вырвалось само собой. Мы оба знали, что это был роман на одну ночь.
Мускул на челюсти Кита дергается. Но его глаза устремлены на дорогу, скрывая остальное выражение лица.
– Похоже, тебе нравится, когда за тобой гонятся, Коллинз. Я думал, твой уход означает, что ты получила то, что хотела, и с тобой покончено.
Да, так и есть.
Слова не выходят наружу, потому что какая-то маленькая часть меня – до того, как он стал моим боссом, — была разочарована, что я никогда от него не слышала. Интересно, что бы он сказал, если бы я осталась, пока он не проснется.
Я выдыхаю.
– Мне следовало поехать на метро, Кит. Ты мой босс, и это неуместно...
Он перебивает:
– Лили сказала мне, что ты хочешь эту работу.
– Да, я хотела работу. Но тебе не обязательно было нанимать меня.
– Что я должен был сказать своей сестре? Извини, я не могу нанять твою подругу, потому что у нас был секс в прошлые выходные? Если бы ты хотела, чтобы Лили узнала о нас, ты бы сама ей рассказала. Ты не сказала, значит, и я тоже.
– Ты мог бы придумать какое-нибудь другое оправдание, – заявляю я.
– Да? Например?
– Как насчет нет! «Нет» – это целое предложение. Или ты мог бы сказать ей, что уже нанял кого-то.
– Ты хочешь сказать, я должен был солгать?
– Серьезно? Где было это моральное превосходство, когда тебя арестовали в Монако за кражу чьей-то яхты?
Кит хмурится.
– В последний раз говорю, я ее не крал. У нас было разрешение находиться на борту. Произошло... недопонимание с персоналом. Мне все еще ехать прямо?
– Недопонимание, конечно, – Я усмехаюсь. – На Следующем повороте направо.
Мы уже проехали мою улицу на два квартала, но я этого не говорю. Кит все равно разберется. И это он виноват в том, что поднял тему моего платья и отвлек меня.
Кит включает поворотник.
– Это было недопонимание. Полиция ни в чем нас не обвиняла.
– Я знаю. Я отговорила их от этого.
Он усмехается.
– Ты отговорила их от этого? Чушь собачья. Позвонил Жак и объяснил ситуацию.
– Да, что ж, не за что. В тот вечер у меня было свидание.
– Ах, да? С кем?
Я могла бы придумать ответ, но решаю не утруждать себя.
– Я не помню его имени. На следующем повороте снова направо.
– Приношу свои искренние извинения за то, что встал на пути этой особой любовной связи.
Я качаю головой и перевожу взгляд в окно. Мы всего в квартале от моей квартиры.
– Ты можешь высадить меня здесь.
– Какой у тебя дом?
– Восемьдесят третий.
– Такого дома нет в этом квартале.
– Станция метро в двух кварталах отсюда. Я могу дойти пешком...
Он продолжает вести машину.
Я вздыхаю.
– Я ужинаю с Лили в субботу вечером, – сообщает мне Кит. – Чарли приезжает познакомиться с семьей.
На данный момент я смирился с тем фактом, что ничто в этой поездке домой не будет должным образом классифицировано как профессиональное. И поскольку мне любопытно узнать побольше о новом парне Лили, я спрашиваю:
– Ты раньше встречался с Чарли?
– Да. Пару раз. Он порядочный парень. И мой отец уже включил плохого полицейского, так что я готов просто поболтать с ним. Хуже всего то, что ужин состоится у моего дедушки. – Кит останавливает свою машину перед моим многоквартирным домом.
Я хмурюсь, сбитая с толку. Лили всегда восторженно отзывалась о своем дедушке.
– И почему это самое худшее?
– У нас с Артуром не очень хорошие отношения. – Кит барабанит пальцами по нижней части руля. – И… Я ожидаю, что у него будут какие-то соображения по поводу моей новой роли в компании. Слова «Хорошая работа» не входят в его лексикон.
– Он, должно быть, гордится тобой. – Я констатирую это предложение как факт.
Потому что Кит относится к тому типу людей, с которыми все хотят общаться. Он обладает тем невидимым шармом, к которому я — в основном — притворяюсь, что у меня иммунитет. И это не связано с его внешностью, деньгами или личностью. Это просто он.
– Гордится, да? – тон Кит ироничный.
– Я имею в виду, что ты работаешь в компании.
– Ну, он не был бы счастлив, если бы я этого не сделала. Но я сомневаюсь, что он в восторге от моего присутствия там. У него с моим отцом сложные отношения. Лили – единственный член семьи, который, кажется, нравится старику. Может быть, он сочувствует ее пристрастию к покупке обуви.