– Я собираюсь сказать ему, – добавляю я. – Мне просто нужно решить... как.
– Лучше горькая правда, чем сладкая ложь.
Любимая пословица моей мамы.
– Угу, – соглашаюсь я, вставая.
Я попробовала, и все, что я получила, это «Черт».
– Мам, мы можем поговорить завтра? Я просто хочу принять душ и лечь спать. Я устала.
Я также беспокоюсь, что у нее появится еще много вопросов ко мне, когда шок начнет проходить, и я бы предпочла ответить на них утром, после полноценного сна.
Она изучает меня несколько секунд.
– Ты уверена, что не хочешь чего-нибудь поесть?
– Я уверена.
– Ладно. Позволь мне только забрать пару вещей из твоей комнаты.
Пара вещей оказалась ночной рубашкой, халатом, тапочками, сменной одеждой, кремом для рук, тремя книгами, очками для чтения и ее ноутбуком.
Мои родители спят в разных спальнях. Подозрение возникло у меня с тех пор, как Джейн переехала в общежитие три года назад, но они никогда раньше не заявляли об этом так откровенно.
Я молча стою в коридоре, наблюдая, как мама собирает свои вещи.
Она останавливается в дверях, ее пожитки уложены в одну из холщовых сумок, которые она повсюду таскает с собой. Она покупает платья со шлейфом, а затем возвращает. На этом платье сбоку темно-синими нитками вышито море.
– Ты рассказала своему отцу.
Это скорее утверждение, чем вопрос, но я киваю. Он по-прежнему отсутствует, что сразу выдает меня. Вероятно, работает в своем кабинете или гараже.
Она кивает в ответ.
– Хорошо. Сладких снов, милая.
– Спокойной ночи, мам, – отвечаю я и направляюсь в спальню своего детства.
Я лежу в постели без сна, когда дверь со скрипом приоткрывается на дюйм.
– Линни?
Я улыбаюсь темноте, прежде чем сесть.
– Привет, Джейни.
– Мне очень жаль. Я пыталась уйти пораньше. – Полоска света из коридора расширяется, освещая комнату достаточно, чтобы я могла разглядеть силуэт моей сестры, приближающейся к кровати. Она обнимает меня, от нее сильно разит спиртным.
Я морщу нос.
– Пахнет так, будто это была веселая ночь.
Джейн смеется, плюхаясь на одеяло рядом со мной.
– Так и было. Мы сходим куда-нибудь завтра вечером. На Спринг-стрит открылся один действительно классный бар.
– Звучит забавно. – Я пытаюсь изобразить энтузиазм, но Джейн видит меня насквозь.
– Что случилось?
Я выдыхаю. Я не планировала рассказывать ей посреди ночи, но и лгать тоже не хочу.
– Я беременна.
На этот раз я испытываю облегчение, когда говорю это. Я рассказала всем, кому нужно было знать. Кит, моим родителям, моей сестре.
Оглушительный визг нарушает тишину в комнате.
– Джейн! — Моя левая рука судорожно тянется к сестре в попытке заставить ее замолчать. — Заткнись! Ты разбудишь маму с папой.
– О Боже мой. О Боже мой. О Боже мой, – поет Джейн. – Ты беременна? Залетела и растишь в животике ребенка? Я стану тетей! Это так волнующе!
Я рада, что хоть одна из нас взволнована этой новостью.
– Ты отреагировала лучше, чем я ожидала, – сухо говорю я. — Помнишь Кита Кенсингтона?
– Ага. Конечно, помню.
Джейн была одной из многих несчастных, кто влюбился в Кита во время его краткого визита в Монтгомери-Холл.
– Ну, он отец ребенка.
– Срань господня. – Джейн, по крайней мере, теперь шепчет. – Ты переспала с ним? Когда? И разве он не... э-э-э... твой босс?
Я вздыхаю.
— Это точно он.
— Срань господня, – повторяет Джейн.
– Ага. Это случилось до того, как он стал моим боссом, и это была одна из многих причин, по которым мне не следовало браться за эту работу, но я не ожидала такого.
— Он ведь очень богат, верно?
– Верно, — подтверждаю я.
– Так что просто уволься с работы. Ты сможешь жить на алименты и, наконец, снова начать играть.
– Это алименты на ребенка, Джейни. Для ребенка, не для меня. И мне не нужны его деньги.
Я не сомневаюсь, что Кит предложит финансовую поддержку. Как только его адвокаты изучат результаты теста на отцовство, я думаю, он создаст трастовый фонд с большим количеством нулей. И, да, приятно иметь такую страховочную подушку. Я не очень разбираюсь в детях, но точно знаю, что это дорогостоящее удовольствие.
Однако деньги не поддержит мои волосы, пока меня тошнит от завтрака. Они не сбегают в магазин и не купят все, что будет мне угодно. Не помогут собрать кроватку и не сходят со мной на УЗИ.
– Очевидно, только его член. – Я слышу сдерживаемый смех в голосе Джейн.