— Ты знал? — Мама спрашивает папу.
— Знал что? — отвечает он, вешая поводок на крюк.
— Что у Коллинз будет ребенок от ее босса?
Я с трудом сглатываю. Думаю, она точно знает, кто такой Кит Кенсингтон. Знает моего непосредственного начальника, а не только компанию, в которой я работаю. Я надеялась немного смягчить эту часть. Подчеркнуть, что я дружу с его сестрой, прежде чем раскрывать всю информацию о том, что я работаю на него.
От смущения у меня покалывает в груди.
— Он не был моим боссом, когда мы… — Я прочищаю горло, немного сбавляя обороты, когда понимаю, что опасно близка к тому, чтобы раскрыть родителям подробности своей сексуальной жизни. — Это звучит плохо, но ничего непрофессионального не произошло. Это было неудачное время, вот и все. Я ищу новую работу. Он недолго будет моим боссом.
Надеюсь, — добавляю я про себя. Я не получила должность помощника юриста, на которую подала заявление в прошлом месяце. Или любую другую работу, которую я искала. Но упоминание об этом сейчас никого не успокоит.
— О, Коллинз. Ты снова меняешь работу?
Можно подумать, что я меняю профессии каждую неделю. Мои родители вздохнули с таким облегчением, когда я сказала им, что у меня двойная специализация в колледже, и были счастливы, что у меня будет запасная карьера, если —когда — музыка не будет оплачивать счета. Я гордилась тем, что не беспокоила их, а теперь мне кажется, что это все, что я делаю.
— Мам, многие люди меняют работу после двадцати, — говорит Джейн. — Это как встречаться, но ради карьеры. Сколько людей выходят замуж за первого встречного?
Мои родители переглядываются.
Они так и раньше сделали, и я считала это милым. Теперь, когда я стала старше, гораздо более измученной и осознаю ошибки, совершенные моим отцом, я так не считаю.
— Кроме того, Кит миллиардер, — продолжает Джейн. — Линни не придется беспокоиться о деньгах. Она снова могла бы играть на пианино.
Я еще раз глубоко вдыхаю осенний воздух. Все тепло на кухне уходит через открытое окно, что обычно раздражало моего бережливого отца. Но я, кажется, единственная, кто замечает падение температуры в комнате.
Джейн пытается помочь. Она пытается превратить это в сказку. Но я знаю, еще до того, как увидела поджатые губы моей мамы и нахмуренный лоб моего отца, что это был неправильный аргумент. Наши родители воспитали нас независимыми и гордыми, а не падкими на деньги. Работать ради того, что мы получим. Богатство отца моего ребенка для них не является важным фактором.
Мама смотрит на меня.
— Если ты уходишь с работы, тебе стоит подумать о переезде домой.
— Я не переезжаю домой, —заявляю я. — Мне нравится жить в Нью-Йорке. И там живет Кит. Он решил учавствовать в воспитании ребенка, и я не собираюсь усложнять это больше, чем нужно.
— Вы обсуждали опеку? — мрачно спрашивает мой отец.
— Без... конкретика, — признаюсь я.
Мои родители обмениваются еще одним многозначительным взглядом.
Я бросаю взгляд на сонограмму, которую все еще держит в руках моя мама.
Я знаю, что они принимают близко к сердцу мои интересы. Что их сомнения коренятся в любви и заботе. Но их неуверенность — в моей способности справиться с этой ситуацией и в моих отношениях с Китом — обижает.
— Мам, тебе помочь с едой?— Спрашивает Джейн, взглянув на часы на стене. — Я умираю с голоду.
— Точно. Сыр. — Мама подходит к холодильнику, берет со стальной поверхности неиспользованный магнит и прикрепляет им сонограмму. Следующей она открывает дверцу, достает пластиковый пакет и передает его Джейн. — Не порть себе аппетит. Я только закончу с начинкой. Все будет готово через час.
Джейн бросает на меня наполовину извиняющийся, наполовину ободряющий взгляд, затем выбегает из кухни со своей закуской.
Мама возвращается к своей разделочной доске. Папа все еще неуверенно стоит в дверях.
— Я бы хотела познакомиться с ним, Коллинз, — говорит мне мама, продолжая нарезать. — Лучше познакомься с ним еще раз.
— Хорошо, — говорю я.
Затем мой отец встает, направляясь к стопке бумаг, сложенных на дальнем конце кухонного стола. Он роется в стопке, отрывает листок и что-то на нем пишет. Он складывает его пополам, подходит к раковине и протягивает мне.
— Джон Уильямс — мой хороший друг. Он декан юридического факультета. Если тебе нужен адвокат, звони ему. Номер должен быть на веб-сайте.
— Спасибо, папа.
Абсурдно, но я чувствую, как подступают горячие слезы. Он не говорит мне звонить. Не осуждает мой выбор. Прошло много времени с тех пор, как я чувствовала, что у меня есть такая поддержка. Прошло много времени с тех пор, как я доверялась своим родителям. Поскольку я предпочитаю все делать сама.