Несмотря на то что именно Эсахильда прокляла его, Эстенфельд проводил поминальную службу по ней и принцессе Беатрис каждое полнолуние так же грандиозно, как и траурную церемонию по своей любимой дочери. Королевство Ламента было признано священным, а Эсахильда и Беатрис посмертно получили титулы последних святых королевы и принцессы. Ритуал, который длился целый год, также был проведен искренне и душевно.
Тем не менее, когда бедствия, обрушившиеся на империю, не утихли, правитель наконец-то осознал всю тяжесть наложенного на него проклятия и начал активно предпринимать усилия, привлекая силы храмов и жрецов, чтобы выяснить, как его снять.
Когда священнослужители не смогли выявить первоисточник, он мобилизовал всевозможных ученых, начал практиковать древнюю магию и даже воспользовался услугами колдунов, чтобы отследить происхождение проклятия.
В конце концов пусть и с опозданием, но содержание порчи было выяснено. Оно гласило: «Эстенфельд прольет кровавые слезы из-за своих детей». Как и подобает последней правительнице священного царства, имевшего глубокую историю, вместо того чтобы причинить ему вред напрямую или отправить за ним демонов, Эсахильда выбрала проклятие, которое было гораздо более сложным к пониманию, и его суть было почти невозможно раскрыть.
Многочисленные храмы поспешили почтить души королевской семьи Ламента, вымаливая у них прощение и проводя различные обряды, а также грандиозные церемонии освящения и омовения. Великие клирики и огромные святилища организовывали бесчисленное количество церемоний очищения во имя богов, которым они поклонялись.
Они не пренебрегали и борьбой с демонами, бесчинствовавшими в мире. Благодаря самоотверженности многих священнослужителей, в том числе и Святой Тании, которой в то время было около двадцати лет, а также их совместной борьбе с темными силами, подкрепленной поддержкой императорского дома, немало демонов либо были изгнаны обратно в преисподнюю, либо полностью истреблены.
Но так или иначе, мнение народа оставалось где-то на уровне дна. И чтобы императорская власть из-за этого не пошатнулась еще больше, Эстенфельд полностью скрыл тот факт, что на него напал демон. Помимо ближайших жрецов государя, о его состоянии знали только случайно прознавшие об этом Киллиан, императрица Аверсати и еще несколько ключевых фигур императорской семьи.
Каждый раз, когда император засыпал, он погружался в кошмар, испытывая при этом неимоверную скорбь. И хотя ему приходилось сражаться со злобным духом снов, он, как человек, обладающий высшей властью, использовал все доступные ему методы, чтобы задержать вторжение демона как можно дольше. И эти усилия окупились. Хотя Эстенфельд не покидал дворца, но ему удавалось поддерживать состояние, при котором он не выглядел странным для окружающих и мог показать свое лицо другим, пусть и ограниченно.
Однако Киллиан мог слышать, как император, которого каждую ночь мучили кошмары, мучительно искал во сне его мать, свою умершую возлюбленную, императрицу Ариадну. Эстенфельд мало-помалу умирал от горя и отчаяния.
Наконец через пять лет эпидемия чумы стихла, вокруг воцарился мир и общественный настрой начал восстанавливаться. Многие люди стали признавать империю, ставшую единым государством, постепенно приспосабливаясь к ней и веря, что проклятие королевы, наложенное на императора, теперь снято.
А ровно через год произошло событие, превратившее первого принца страны Киллиана в самого жестокого безумца империи.
– Вы верите в то, что проклятие королевы Эсахильды снято?
– В храме говорят, что да. Я не специалист, знаете ли. Тут я хотел бы узнать ваше мнение по этому поводу.
Свергнутый принц, имевший, казалось бы, непосредственное отношение к проклятью, равнодушно наклонил свой бокал и улыбнулся пилигриму. Во всех трех крупнейших храмах империи уже десятки раз проводили церемонии в честь императора. Хотя клирики считают, что порча снята, они все продолжают о чем-то тихо говорить и скрытно шушукаться по углам.
Разве может проклятие, ради которого последняя королева святого королевства Ламента пожертвовала своей жизнью, так легко разрушиться? И не потому ли считалось невероятной трагедией и достойным плодом проклятья священной королевы то, что первенец императора Киллиан, являвшийся вероятным кандидатом на пост наследного принца, вдруг сошел с ума и отрубил головы своим сводным братьям Уильяму и Саллериону, а затем бросил их к ногам императора?