Пациентки находились на той стадии болезни, когда уже были не заразными, но все еще нужно было соблюдать осторожность, оставляя их на территории замка. Женщины добровольно решили отправиться в другие районы, находившиеся внутри или снаружи крепостных стен. Однако Киллиан даже не пожелал слушать об этом, приказав привести в порядок другие помещения в его владениях, чтобы женщин могли разместить там.
Под руководством священнослужителей женщин из флигеля переселили в другое здание. Несколько двухместных комнат оборудовали под временное жилье. Тех, кто все еще был болен, поселили в одни комнаты, а в другие – тех, кто чумой не заразился.
Каждой женщине и девушке могли бы предоставить отдельную спальню. Но многие из них сегодня не смогли бы уснуть в одиночестве из-за пережитых потрясений. Поэтому такое расселение было проявлением заботы о них.
Вся опасная нечисть, которая могла еще скрываться в пристройке, была выслежена и уничтожена святой девой. И девушкам, уже почти полностью излечившимся от болезни, помимо сегодняшней шумихи, и так сильно их напугавшей и шокировавшей, больше не о чем было волноваться. Если их здоровье продолжит активно восстанавливаться и в течение десяти дней не возникнет других проблем, то врачи выдадут разрешение на отмену карантина.
Пилигрим тоже согласилась с этим. Однако Хелен еще очень долго плакала.
Тания и Риетта остались в восточном крыле, чтобы очистить комнату Ирен, уничтоженную нечестивым. На разрушенных и обугленных в бою с огненным демоном стенах и полу, загрязненном кровью василиска, продолжало оставаться слабое присутствие темного духа. Риетта, очистив и освятив все места, на которые ей указала Тания, обернулась посмотреть на клирика, проводившую обширную чистку.
Святая дева, вернув силу Мердесу и вновь обретя свою священную магию, ходила по флигелю, осуществляя масштабное очищение с помощью могущественной божественной энергии. В отличие от Риетты, которой приходилось подолгу сидеть неподвижно и, сконцентрировавшись, долго молиться, чтобы очистить большое пространство, пилигрим двигалась спокойно, почти расслабленно, проводя очищение так же естественно, как дышала. Она действительно была похожа на известную во всей империи сильнейшую одаренную святую.
В углу разрушенной комнаты Риетта нашла шляпу из черного шелка, которую ранее Тания отбросила как помеху, и, наклонившись, подняла головной убор с пола. Проведя по шляпе ладонью, она смахнула пыль и капельки дождя.
Из другого угла к девушке быстро подошла святая. Когда Риетта подняла голову, женщина, уже стоявшая рядом, улыбнулась и протянула руку. Заклинательница быстро взглянула на головной убор, пару раз встряхнула его и обеими руками передала ей.
– Это было необязательно, но спасибо, – сказала Тания, принимая шляпу, и улыбнулась.
Смущенная Риетта покачала головой:
– Что вы, не стоит благодарностей.
В опустевшее здание, у которого снесло крышу и часть стены и где целым остался только пол, проникал ветер и капли дождя. Клирик села на перевернутый шкаф и предложила девушке присоединиться.
– Ты хорошо себя чувствуешь?
– Как я себя чувствую?
– Ты оказалась под влиянием демонической силы. Как ни посмотри, это все же способность демона снов, она может быть вредна для человеческого сознания.
– Ах да, конечно. Мне кажется, со мной все в порядке, – ответила Риетта и задала пилигриму встречный вопрос: – Это… То, что произошло недавно, – это ведь была сила демона, которую вы одолжили?
Святая Тания сразу поняла, о чем ее спрашивают. Как человек, который и привел в действие эту силу, клирик смогла узнать намного больше того, что, возможно, почувствовала заклинательница, когда их затянуло в подпространство. Однако Риетта впервые ощутила на себе мощь ментального мира высшего демона. Скорее всего, она не до конца осознала, что именно испытала. Должно быть, девушку сбило с толку то, что она увидела, услышала и почувствовала.
– Да. Это была сила Мердеса. Магия, позволяющая общаться с внутренним «я» другого человека в подпространстве, называемом «завесой тьмы».
Риетта молча кивнула. Если быть точнее, то эта способность помогает раскрывать те людские тайны, которые обычно стараются прятать. Но излагать девушке подробно всю историю, которую и так не примут с восторгом, не было необходимости. Тания нарочно говорила уклончиво.