Старик снова уселся поудобнее.
– Разве вы не говорили, что забираете десять процентов?
– Ну уж нет, их ведь я возьму не за саму записную книжку, а в награду за то, что подобрал ее. Пара дней не входит в стоимость вещицы. Подобно тому как я присваиваю тебе немного чужого времени, так и ты должен будешь отдать мне часть своей жизни. Рассчитаться можешь сегодня, в середине или в конце волшебного срока. Это всего лишь малая часть от бесконечного множества кальп, так что не стоит сожалеть. Запомни: у тебя восемнадцать дней.
– Что будет, если я по ошибке просрочу их? Умру? – спросил я, глядя на старика, придающего такое значение количеству дней.
– Мы не можем распоряжаться чужой жизнью или смертью, только боги обладают такой властью. Расплата за просрочку – это секрет. Но наша с тобой сделка справедлива: никто не терпит ущерба и не имеет чрезмерной выгоды. Когда выйдешь из комнаты, тебе дадут важные инструкции.
Стул повернулся, и теперь я видел лишь спину старика. Мгновенно повисла напряженная тишина. Все указывало на то, что он больше не ответит ни на один мой вопрос.
Когда я вернулся в зал для посетителей, официант подал мне красиво упакованную записную книжку.
– Обязательно запомните то, что я вам сейчас скажу. Внимательно выслушайте меры предосторожности. Если встретите кого-то из наших гостей за пределами кафе… вы должны сделать вид, что ничего не знаете о происходящем тут. В противном случае вас ждут неприятности. Понимаете, что я имею в виду? Очень надеюсь, что вы не станете вести себя легкомысленно, болтать о том, что видели здесь, или обсуждать свою покупку, иначе вам придется отдать за блокнот вдвое больше. Вы заплатите более высокую цену, а мы не сможем ею воспользоваться. Чтобы наша сделка была взаимовыгодной и приятной, покупатели должны соблюсти это правило. Еще один важный пункт: у покойников сегодня и завтра не связаны друг с другом, запомните это, – предупредил официант.
– Могу я спросить кое о чем?
– Как вы уже знаете, я могу не ответить. Это значит, что высока вероятность, того что я не вправе разгласить секрет. Но если вам так хочется, пожалуйста, спрашивайте.
– Старик в комнате… Он назвал себя кумихо. Это правда?
– Да, он кумихо. Поскольку господин Симхо признался вам, это больше не тайна.
Честно сказать, я немного опешил от его невозмутимости.
– А вы… тоже? – Я указал подбородком в сторону собеседника.
– Я-то? Меня зовут Ккори. Я еще молодой кумихо и пока не получил суффикс «-хо» к своему имени. Всего хорошего!
Официант почтительно поклонился, давая понять, что мне пора уходить. В этот миг открылась дверь, и в кафе вошел мужчина в надвинутой на лоб бейсболке, козырек которой, как и тусклое освещение, не давали разглядеть его лицо. Тем не менее по фигуре и одежде можно было догадаться, что посетителю немало лет. Он сутулился и передвигался неуверенной походкой.
– Добро пожаловать, дорогой гость! – подбежав, поздоровался Ккори. – Пожалуйста, присаживайтесь за тот столик. Не спеша ознакомьтесь с меню и сделайте заказ, а перед этим можете хорошенько осмотреться в нашем кафе.
По его совету мужчина направился к стеклянной витрине.
Я вышел на улицу. Пока я спускался с пригорка, луна скрылась за тучами и с неба посыпались крупные капли дождя, быстро переросшего в ливень. Уже у дома к потокам воды присоединился яростный ветер. Несмотря на непогоду, луна невозмутимо скользила среди мрачных туч, то скрываясь среди них, то показываясь. Зрелище было необычным и завораживающим.
Мне неудержимо хотелось сесть у обочины и изучить записную книжку, но дождь выдался таким сильным, что я не решился. Всю дорогу домой я умирал от любопытства, какие же тайны хранит вещица в моих руках. Помнится, Симхо упоминал о богатстве ее владельца. Еще, по его словам, в ближайшее время мне предстоит жить жизнью того человека. Наверняка это значит, что я смогу не задумываясь тратить деньги, как и он.
Магия записной книжки
На оберточной бумаге, в которую упаковали мою покупку, аккуратным почерком было выведено: «Восемнадцать дней». Видимо, срок имел настолько важное значение, что о нем напомнили таким способом.
– Что это? – растерялся я от удивления.
Я ошеломленно моргал, вчитываясь в страницы, исписанные ровным убористым почерком. Блокнот оказался чьей-то приходно-расходной книгой, где хранились подробности о выданных взаймы деньгах: суммы, имена должников, процент, сроки и точные даты, сколько погашено и сколько осталось.