По всей видимости, посетитель в лекарское крыло. Понятно, почему артефакт распределения заартачился.
— Мисс Вейсс? — поторопила меня госпожа Хоффман.
Эх, его бы к стихийникам — настолько яркую воздушную сущность еще поискать надо! Но пока не поправим оттоки, делать ему там нечего, он даже вступительное не пройдет. А значит, придется судить по второму, более слабому дару. Потом, если что, переведется.
— Вам бы пока на факультет зельеварения, — все же решилась я.
Декс Краун… просиял.
Я впервые видела искренне обрадовавшегося такому назначению парня. Факультет зельеварения пользовался популярностью среди девушек, их там было подавляющее большинство. Молодые люди же стремились в боевую магию, стихийную и некромантию — последнее отчего-то считалась по-особенному почетной.
— Спасибо! — раздался густой бас Декса, заставив меня и госпожу Хоффман невольно вздрогнуть. От субтильного юноши с копной светлых кудрей мы ожидали услышать разве что лёгкий тенор.
— Двадцать второй кабинет, на втором этаже, — быстро справившись с удивлением, произнесла я, добавив: — Мистер Краун, с началом занятий найдите меня в целительской. Нам придётся встречаться довольно часто, если не хотите завалить первую же сессию.
Парень обрадованно закивал, даже не подозревая, что его ожидает. Схватил свою кипу документов, путая листы друг с другом и прибавляя Алексу работы, и направился к двери, расположенной по левую руку за нашими спинами.
— Перерыв? — вдруг спросила секретарь, обращаясь явно не ко мне.
Повернув голову, я увидела в дверях Эдриана-раздражающе-бодрого-Харта. Тот оперся на косяк и взирал на меня с ехидной ухмылочкой. Я нутром ощущала, что уже подготовил какую-то мерзенькую шуточку в своем стиле. Рассказывать не спешил, первым делом ответил кивком секретарю ректора.
Леанора Хоффман, несмотря на свой почтенный возраст, держалась куда лучше меня, хотя работы у неё было ничуть не меньше.
— О-о-о, перерыв — это прекрасно! У меня всё затекло, — улыбнулась она, мгновенно подхватив свой ридикюль и бодрым шагом направляясь к выходу. Уже у двери обернулась ко мне и добавила: — Не стесняйся, Айлин, заходи в преподавательскую. Перекусишь, отдохнёшь немного — нам с тобой еще до вечера здесь сидеть.
Я же буквально приросла к стулу от усталости, сил хватило только рухнуть прямо на стол, с удовольствием вытянув руки и размяв спину, распрямляя тем самым и свои собственные магические потоки.
— Что, Вейсс, на молоденьких потянуло? — Эдриан решил-таки вытянуть из арсенала подготовленную шутку.
— Харт, у меня нет сил играть в эти ребусы, — выдохнула я, заводя руки за спину и проминая затекшие мышцы. Правой рукой зацепилась за локоть, а пальцами левой медленно прошлась вдоль позвоночника, пытаясь хоть немного привести себя в порядок. — На каких молоденьких меня потянуло и почему?
— На таких, как мистер Краун, — ухмыльнулся Эдриан, скрестив руки на груди и не сводя с меня взгляда. — Ты так завлекательно заявила, что вам придётся часто встречаться… Парень наверняка уже надумал лишнего и представил нечто интересное.
Я едва подняла голову, не меняя позы, оставаясь полулежа на столе, устало вытянув руки и выпрямив затёкшую спину. В такой позе — измученной и едва держащейся — на отпор Эдриану уже почти не оставалось сил.
— Уверена, что лишнего нафантазировал тут только ты, — отозвалась я, делая глубокий вдох и стараясь собрать хотя бы немного энергии.
Эдриан фыркнул, наблюдая за мной, потом прищурился, разглядывая мою позу.
— Ты сейчас похожа на поднимающееся умертвие. — И судя по звуку шагов подошел ближе. — И так уж вышло, что в них я эксперт. Помочь?
Ответа он дожидаться не стал, я ощутила легкое прикосновение у основания шеи и едва различимый магический импульс. Он молнией прошелся вдоль позвонков, задевая каждый из магических потоков. С каждым новым толчком импульс наращивал темп, стимулируя магообращение.
В тот миг я готова была простить Эдриану все: и его постоянные мерзкие шутейки, и его раздражающий характер, и то, что он вечно выводит меня из себя. Под влиянием его магии мне стало настолько хорошо, что с губ сам собой сорвался стон. Его пальцы, замершие у основания шеи, прямо под волосами, дрогнули.
Секунда, другая, третья... До меня не сразу дошло, что именно и при ком я издала. Щеки тут же ударили в румянец.
— Если умертвия испытывают то же самое при привязке, понятно, почему они так и липнут к некромантам, — я судорожно попыталась оправдаться.