— Сны… — пробормотал Себастьян.
— Да! — воскликнул Форестер. — Конечно! Когда сознание отключено, наша связь со всеми другими мирами Мультиверса проявляется куда более естественно. Вы видите себя, во всех снах вы видите только себя, даже если вам кажется, что происходит фантастическое, нелогичное, невозможное — полет в грозовом облаке, например, — это воспоминание о том, что происходило, происходит или произойдет с вами, лично с вами, в одном из ответвлений Мультиверса; вы не можете видеть ничего другого, вы всегда, в любом сне остаетесь сами собой, а если — по чистой случайности — наблюдаете ответвление, мало чем отличающееся от нашего, но продвинутое во времени на двадцать лет вперед, то вам представляется, будто вы видите, что произойдет с вами через двадцать лет, вы это запоминаете, и через двадцать лет это действительно происходит, и тогда сон вы объявляете вещим, хотя на самом деле он вещий не больше, чем любой другой сон, он всего лишь отражает реальность — вашу реальность, — просто вы не в состоянии распознать, где в этот момент существуете: во вселенной номер три миллиона или во вселенной номер четырнадцать тысяч…
— А зачем вы ставили фотокамеру? Почему там получались…
— Вы еще не поняли, Себастьян? Вы существуете во множестве ветвей Мультиверса, но не подозреваете об этом, потому что в кинопленке вашей жизни кадры вашего существования в других вселенных попадаются чрезвычайно редко. Если верить расчетам, обычная продолжительность таких кадриков соответствует кванту времени — это единица, деленная на десятку с тридцатью нулями. Совершенно неразличимая для сознания величина! И для физических приборов неразличимая. На это время в нашем мире возникаете вы из мира номер, скажем, семь миллионов, и на такое же время вы оказываетесь в мире номер семь миллионов. Если бы был только один такой обмен кадрами, то вы никогда и ни при каких обстоятельствах не заметили бы и не поняли, что существуете во множестве вселенных. Но таких квантовых обменов каждую секунду происходит огромное количество. Не такое, впрочем, чтобы вы это ощутили, но достаточное, чтобы это ощутило ваше подсознание.
— А в некоторых случаях, — продолжал-Форестер, — на пленке вашей жизни появляется не один вклеенный кадр, а сто, миллион, миллиард… Вы все равно их не замечаете, потому что и миллиард — ничто по сравнению с единицей с тридцатью нулями. Но ваше подсознание понимает, ваше подсознание фиксирует, ваше подсознание способно ощущать себя во всех тех мирах, о которых вы не подозреваете. Отсюда — вещие сны, голоса с того света, воспоминания о прошлых жизнях, которые на самом деле вовсе не прошлые, а самые что ни на есть настоящие… Это — в тех случаях, когда количество кадров из другой ветви так велико, что общая продолжительность уже на грани вашего сознательного восприятия.
— А Элен… — сказал Себастьян. — Вы ее снимали с частотой шестьдесят тысяч кадров в секунду. Это значит, что…