— Нет, понимаешь, иногда в подземном озере бывает особый подводный канал, который выходит в другом озере, а иногда и в реке. С их помощью вода между озерами сообщается. Если, конечно, он не обвалился.
— Там, наверно, опасно плавать.
— Конечно. Вот недавно один спелеолог под Архангельском в сифоне погиб. Поставил в фонарь наши батарейки, а они возьми и накройся. Метров пять не доплыл, воздуха не хватило.
— А ты говоришь, он опытный.
— И на старуху бывает проруха. Смотри, люди в пещеру уже собрались. Вот так и я вожу экскурсии.
— А у вас здесь красиво. Только парк заброшенный.
— В этом-то и вся прелесть. Мне один биолог говорил, что если бы парк чистили, как в больших городах, то птиц было бы гораздо меньше. Слышишь, кукушка кукует. Давай послушаем, сколько она мне накукует… Ой, смотри, солдаты, это, кажется, наши, тебя, видимо, ищут. Пошли скорей с туристами в пещеру, а толпе затеряемся.
— Катерина, — обратилась она к кассирше, — можно я покажу своему знакомому пещеру?
— Чего ты спрашиваешь? Конечно, можно. Сама бы и вела экскурсию.
— Да нет, я уж лучше послушаю. А кто поведет?
— Костя.
— О, это веселый парень, он тебе, Олег, понравится.
Они зашли в туннель с группой школьников, среди которых были родители с детьми, и затерялись в толпе.
Молодой чернявый парень в джинсовом костюме поздоровался со всеми и сразу обратился к школьникам:
— Ребята, вы знаете, чем отличается школа от пещеры? Нет? Объясняю. В школе, когда вы так шумите, вас просто из класса выгоняют, а у нас просто… камешки на голову падают. И я не дам за вашу жизнь и двух копеек старого образца, если вы будете так в пещере шуметь. Вначале будет прохладно, около нуля, а потом теплее, плюс пять, так что согреетесь. Мы с вами пройдем через зиму, весну, осень, а лето… лето будет только на улице. А впереди — настоящая зимняя сказка, грот Бриллиантовый.
Они вошли в грот, и Олега действительно удивило, что после цветущего июня, когда в парке расцвели яблони и сирень, он попал в подземные чертоги, где с потолка свисали гроздья изморози, состоящие из тонких кристаллов. Экскурсовод что-то объяснял туристам, как они зимой открывают двери, вымораживают пещеру, а из центра ее сюда поступает теплый влажный воздух, который, оседая на холодных стенках, образует причудливую вязь изморози. Но Олег не слушал его, любуясь блеском кристаллов.
— Ты знаешь, — чуть слышно заговорила Татьяна, — это самое красивое место в пещере. Но особенно чудесно не здесь, на тропе, а там, внутри грота. Ты как бы находишься в бриллиантовом царстве, вокруг тебя сверкают и переливаются огни, а когда посмотришь на тропу и людей, то видишь серые будни, над которыми ты как царица возвышаешься. Тут мы снимали Викторию Руффо, помнишь такую актрису?
— Как это «снимали»? Обычно девочек в ресторане снимают.
— Да вечно ты шутишь. Ну, фотографировали.
— А кто она такая?
— Ты что, забыл? Телесериал «Просто Мария».
— A-а, простая Мария.
— Перестань. Тут собралось столько народа, я никогда столько людей у пещеры не видела, наверно, несколько тысяч. Мы даже двери не могли открыть. А когда она подъехала на «Чайке», толпа к ней устремилась, и мы сумели двери в пещеру открыть. Человек десять охранников сделали узкий коридор, и она проскочила в тоннель. Я как раз экскурсию для нее вела, а ребята меня попросили, чтобы уговорила ее сняться здесь. Я боялась, вдруг она не согласится или деньги запросит, но нет, перешагнула через барьер и там, в серединке, позировала всем фотографам. Она такая хорошенькая, и знаешь, оказывается, невысокая. А муж ее на артиста Костю Райкина похож, кстати, тоже артист-комик. Все ее снимал на видео. И ты знаешь, до конца пещеры так и не дошли.
— Сняли все-таки ее?
— Не играй словами. Просто на выходе ступеньки идут серпантином, и они все были облеплены школьниками, пенсионерами, словом, ее обожателями. Мы только дошли до озера, как прибегает охрана и говорит, что нам из пещеры не выйти, там страшная толпа. Что делать? — спрашивают. Я говорю, давайте сделаем так, пошлем к выходу человека, пусть успокоит толпу, мол, скоро она выйдет, а сами вернемся обратно к входу, где нас никто не ждет. Так и порешили.
— Ну и что публика, она вас, наверное, растерзала за обман?
— Нет, конечно, но, помню, один мужик кричал: «Подлая Белошвейка, обманула!» А потом меня туристы спрашивали, правда ли, что наша мафия затормозила кортеж и… потребовала у нее автографы? Я говорю, нет, она просто выехала на микроавтобусе, а потом, подальше от толпы, пересела в свой лимузин.