— Ты что, Новиков, говорят, уезжаешь? За Татьяну-то прости, я же не знал, что у вас любовь.
— Я тебя там, в бане, не задел?
— Да ерунда, царапина… — Королев чуть повеселел, в надежде, что все заглажено.
— Так вот, если будешь отыгрываться на ребятах, в следующий раз я не промахнусь. Так что можешь не торопиться на дембель, я там тебя за воротами буду ждать.
— Да нет, что ты, я тебе слово даю, что их пальцем не трону.
Королев попятился назад, споткнулся о табуретку, упал, поднялся под общий хохот и быстро ретировался из роты. Олег сплюнул ему вслед. Никак он не мог привыкнуть к этому резкому переходу от высокомерия и чванливости к страху, когда не только руки дрожат, но и голос. Он попрощался с ребятами и вышел. У машины полковник о чем-то болтал с Дмитрием.
— Товарищ полковник, нельзя ли повидаться с Татьяной?
— С Танечкой? А она, кажется, уехала домой, ее дежурная машина отвезла.
— Да брось ты, Олег, приедешь домой, позвонишь. Никуда она не денется, тебе надо вначале отдохнуть. Смотри, как исхудал.
— Ладно, — согласился Олег, — мне надо еще с одним человеком увидеться, поехали.
Домой они вернулись под утро. Олег отпустил своих приятелей, а сам подъехал к знакомому зданию, от которого месяц назад отправился за гарантированным счастьем. Он вихрем ворвался в кабинет директора — секретарша даже не успела среагировать — и завис над коротышкой, который что-то подсчитывал. Как ни странно, но на лице толстяка не видно было испуга, словно он давно поджидал Олега и уже обдумал, что говорить.
— Ну давай рассказывай, придумывай, что тебе помешало отправить меня в экзотическое путешествие, где ты меня, хрен собачий, должен был осчастливить.
— А разве вы не оттуда вернулись?
— Что ты сказал? — Олег схватил его за грудки.
— Я только хотел сказать, что путешествие состоялось, — пролепетал директор. — Только не надо так дурно реагировать.
— Ты что, хочешь сказать, что меня специально в эту часть засунул, чтобы я месяц с салагами баланду хлебал?
Олег дал ему оплеуху, после которой коротышка отскочил от стола и, придерживая покрасневшую щеку, забормотал:
— Только, пожалуйста, без рук, я вам все объясню…
Олег попытался его схватить, но толстяк удивительно быстро обежал стол, продолжая лепетать: «Успокойтесь, пожалуйста, дайте мне пять минут, и вы сами во всем убедитесь». Олегу надоела эта беготня и, подвинув стул, он уселся: «Только пять минут». Директор, увидев, что клиент успокоился, сел за стол и позвонил секретарше: «Леночка, принесите, пожалуйста, все материалы по Новикову». Через минуту она вошла в кабинет с подносом, на котором дымился кофе и лежали кассеты.
— Пожалуйста, угощайтесь, вот здесь сахар. Вам сколько кусочков?
— Короче, время пошло.
— Тогда я не буду задерживать ваше внимание на мелочах и начну с главного.
— Да, поскорее.
— Вот здесь на видео- и аудиокассетах документально запечатлено, что свои обязательства по контракту мы выполнили, то есть сделали вас счастливым. Да-да, не улыбайтесь, вы сами об этом говорите. Конечно, как вы помните из нашей беседы, я предупреждал, что нельзя сделать человека счастливым постоянно, можно только дать ему минуты счастья, а то и мгновения. И у вас счастливых минут за это путешествие набралось немало. Ну, начнем, хотя бы со сцены на кухне, где вы так по-рыцарски обошлись с поварихой, обратив в бегство вашего врага Королева. Потом эта эротическая сцена с Татьяной, где вы сами ей признались, что были довольны, как никогда. — И он включил монитор, на котором Олег сразу узнал сумерки летнего вечера, кухню и у окна знакомый силуэт Тани, отталкивающей сержанта.
— Так они что…
— Да, да, артисты провинциального театра, которые согласились на меня поработать, тем более в своем, так сказать, амплуа.
— А ты не боялся, что я мог его на самом деле проткнуть ножом?
— Нет, здесь все продумано. Знаете, еще древние индийские факиры этим приемом пользовались, то есть когда лезвие при нагрузке входит в ручку, это называется глотанием ножей. Так что никакого риска.
— А в бане?
— Вы имеете в виду выстрелы? Тоже ничего страшного, патроны были холостые.
— Но я же видел кровь на его теле.
— Вы каждый день смотрите эти боевики, где не только стреляют, но и порой разрывают на части. Однако же после съемки эти убитые встают и идут обедать. Хорошему артисту сломать незаметно ампулу с краской, тем более в парилке, где плохо различаешь предметы из-за пара, — пара пустяков. Извините за каламбур. В другом месте, у Ледяной пещеры, в стационаре, Татьяна спросила, что нужно вам для полного счастья. А вы ей ответили — тебя. И вы это счастье, как известно, получили. Я надеюсь, не нужно мои слова иллюстрировать видеоматериалами, мы все их отдаем клиентам, если они подписывают бумагу, что претензий к нам не имеют.