Олег от злости только сжал ручки кресла. Он ощущал себя пацаном, которому дали конфетку. Только когда он ее развернул, там оказался пшик.
— Очень приятно, — продолжил коротышка, — что вы вспомнили меня в своей последней встрече с однополчанами. Видно, что моя беседа о счастье не прошла даром. Действительно, приятно быть свободным человеком в бывшей тюрьме. Этот постулат — один из главных в моей формуле счастья. Мне кажется, вы должны быть довольны проделанной нами работой. Вы испытали массу впечатлений от приключений, от этой погони, из которой выходили как настоящий мужчина. Чего стоит одна подводная эпопея с нырянием в подводный канал — сифон, прыжок с моста в реку, где, кстати, вы побороли страх высоты. Согласитесь со мной, что добровольно на такие испытания вас не заманишь и калачом. Словом, вам можно только позавидовать. А теперь, если у вас нет больше ко мне вопросов, ознакомьтесь со сметой расходов, чтобы вы не думали, что на ваши денежки я отдыхал на Канарских островах. — И он протянул Олегу листок бумаги.
— Что это за штраф железной дороге, — спросил Олег, внимательно изучив смету расходов.
— За задержку поезда, которая необходима была, чтобы заставить вас спрыгнуть с моста.
— А это «лечение телесных повреждений»? Что-то не помню, чтобы меня лечили.
— Это не вас, а меня. Вы забыли, что пять минут назад вы наградили меня здоровой оплеухой.
— Ты что же, заранее знал, что я тебя ею награжу?
— М-м… в нашей работе мелочей не бывает, нужно уметь все предусмотреть.
Олег улыбнулся и, черканув свою подпись, поспешил на свежий воздух, чтобы прийти в себя. У секретаря он увидел Татьяну, которая что-то подписывала в ведомости.
— Ну что, отработала, за деньгами пришла?
Она замерла, смущенная, с «паркером» в руке.
Олег вышел на улицу, открыл машину, потом, оставив дверь незакрытой, вернулся, взял Татьяну за руку и потащил в машину. Она, не сопротивляясь, послушно пошла за ним. И только он посадил ее и сел за руль, как из здания выбежал коротышка и выпалил на ходу:
— Господин Новиков, сотрудникам фирмы запрещено входить в контакт после завершения путешествия.
— А я плевать хотел на твой запрет.
— В конце концов, она моя жена, и вы не имеете права уводить ее от законного мужа.
— Жена?! Это правда?
Татьяна послушно кивнула.
— Что же ты мне раньше не сказал об этом? Мне будет вдвойне приятно… наставить тебе рога, так и запиши себе в формулу счастья! — И он нажал на газ, с улыбкой наблюдая в зеркало заднего вида за коротышкой, который еще долго бежал за ними, махая руками.
Татьяна молчала, сдерживая себя, а потом ее прорвало:
— Прости меня, Олег, что так получилось. Я вышла за него по нужде. Пыталась поступить в театральное училище, но не прошла по конкурсу, а тут этот коротышка, все обхаживает, зарплату хорошую посулил, квартиру. Мне просто некуда было деться. Возвращаться домой и снова смотреть на эти пьяные разборки предков я уже не могла. Готова была на любую работу. И потом, мне хотелось узнать, есть ли у меня данные к актерскому ремеслу. Я не думала, что это живые люди, в которых могу по-настоящему…
— Ничего, Танюша, все позади.
Олег открыл окно, позволяя ветру трепать свои волосы, и подумал про себя: «А этот коротышка все же добился своего. Он действительно сейчас счастлив и свободен».
Андрей БОР
ГАМБУРГЕР
рассказ
Тень шел по следу. Был выходной день, и множество людей вышло на улицы города. У каждого были свои дела: зайти в магазин, сходить в гости, выбраться за город — и только у Тени было особое дело — убрать человека, сегодня он был на работе. Еще в юношестве он стоял перед выбором, кем стать. Его покойный отец, сверхсекретный суперагент, легко мог записать единственного ребенка в необходимое учреждение и даже настаивал на этой возможности, но сын категорически отказался.
— Но почему? — сокрушался отец. — Ты ведь так любишь убивать людей!
— Конечно, но я убиваю только тех, кто мне не нравится, а ты действуешь по приказу и не имеешь права его нарушать. Я предпочитаю индивидуальный подряд и разовую выплату.
— Но это же незаконно! — поразился отец. — С любого дохода необходимо уплатить соответствующий налог!