– Тебе сколько лет?! Почему ты превратил мой подарок в корм?
– Мне он не понравился.
– Чем именно?
– Цветок был до жути уродливым.
Чего?! Еще и мои цветы оскорбить решил?!
– Он был очень красивым! Ты хоть знаешь, насколько трепетно заботится о цветах придворный садовник?
– Не знаю и знать не хочу. Но взамен держи это.
В ту же секунду меня окружил сладкий цветочный аромат. В себя я пришла только тогда, когда оказалась завалена целой горой роз.
Глава 141
Я недоуменно смотрела на Лукаса, а его едва ли не распирало от самодовольства при виде меня в созданной им горе цветов.
– Они ведь намного красивее, чем тот цветок, что тебе подарили.
– Они точно такие же!
– Разве?
Он надо мной поиздеваться решил? Очевидно, что это те же самые цветы!
Неожиданно я испытала чувство дежавю. После одного из пикников по пути домой произошло нечто похожее. Лукас тогда внезапно выбросил мои перчатки, а потом создал точно такие же. Он сказал, что якобы они испачкались, когда Иджекиил прикоснулся к ним. А теперь ему не понравился цветок, который подарил мне Кэвелл Эрнст…
В это мгновение меня осенило.
– Лукас, ты…
– А, чего? Можешь не благодарить. Это пустяк.
– Я не об этом…
– Дай знать, если тебе понадобится что-то еще. Не надо принимать подарки от незнакомцев.
Тут мои подозрения только усилились.
– И никому ничего не давай. Очень уж утомительно это все по том возвращать.
Лукас на мгновение нахмурился, словно бы не понимая, зачем это все сказал. Я удивленно спросила:
– Ты о чем? Что я кому давала?
– Не помнишь? Старикашке из башни. Материал для экспериментов.
Ах, он про волосы? Главный дед экспериментировал с ними, и, похоже, Лукас прознал об этом. Но «возвращать»? Это как понимать?
– Когда я впервые об этом узнал, мое настроение упало ниже плинтуса, – произнес парень, вытаскивая из кучи один цветок.
Он все еще улыбался, но я была поражена тем, насколько ледяными были его глаза. Только сейчас я поняла, что он пришел именно для того, чтобы высказать мне все это.
– Н-но это ведь всего лишь прядка волос. – Сама того не понимая, я начала оправдываться.
– Да, целая прядь волос.
Это ведь мне решать, кому что давать! Но я замолчала, глядя на Лукаса. Сейчас он пребывал в таком настроении, что, если честно, немного меня пугал.
– Из-за этого я даже подумывал всех там перебить.
П-перебить? Кого? Главного деда?!
– Но ограничился лишь тем, что разрушил лабораторию.
Я почувствовала облегчение. Нет, я не думала, что Лукас мог действительно убить главу башни. Но он говорил так искренне, что легкое беспокойство меня все же не оставляло.
– Я просто подумал, что ты меня возненавидишь, если я всех убью.
– Конечно! Взрослые люди должны уметь контролировать свой гнев…
– Но от одной мысли об этом мне снова становится плохо.
– Что?!
Какой непредсказуемый парень! Почему у него вдруг снова испортилось настроение?! Следующие слова Лукаса поставили меня в тупик:
– Это значит, что я и сам не заметил, как ты стала моим «ограничением».
– Лукас…
– Я даже не злюсь, хотя, по сути, у меня появилась слабость.
Я потеряла дар речи и просто ошарашенно смотрела на парня перед собой.
– Поэтому ничего не принимай от других и никому ничего не дари.
Вш-ш-ш.
Цветок в руке Лукаса тут же рассыпался белым пеплом.
– А то я не знаю, как отреагирую в следующий раз, – с этими словами парень посмотрел мне прямо в глаза, а затем неожиданно исчез.
Пепел бесшумно опустился туда, где секунду назад стоял Лукас. Я все еще сидела в окружении целой горы цветов, но в моей голове крутилась одна лишь мысль.
Лукас… Неужели он мне только что признался?..
Кхм. Лукас хоть и выдал мне это все… но сам-то хоть понял, что сказал?
Я размышляла о вчерашнем поведении парня. Да, часть его слов походила на признание, и он едва ли не кричал: «Это признание! Я признался! Вот!» Но это не укладывалось у меня в голове.
Ведь это Лукас, у него репутация настоящего подонка. Он из тех людей, которые считают, что все и так принадлежат им. Поэтому я не до конца уверена, что он не наговорил это из чувства собственничества.
Однако, когда мне в голову пришло слово «собственничество», я опешила. Мне ведь показалось? Почему это слово во мне так отозвалось? Он ведь не мог это всерьез говорить! Да он меня еще и своей слабостью назвал…
– Принцесса, как вы поживаете? Мира и процветания Обелийской империи, – пока я была погружена в свои мысли, ко мне кто-то подошел.
– Давно не виделись. Все ли у вас хорошо, герцог Альфиос? – я улыбнулась герцогу, которого впервые за долгое время встретила в императорском дворце.