— Я… мне жаль, что я все так усложнила. Особенно для тебя, — сказала я, глядя на Хейса. Было очевидно, что Нэш и Эмерсон что-то подозревали. Как и все близкие друзья Хейса.
Он ведь вообще не заводил отношений.
Неужели мы действительно думали, что никто не заметит, как странно, что он вдруг женился за пару недель?
Это все должно было быть просто. А стало — чертовски сложно.
— Савви, — позвала Эмерсон, и я повернулась к ней. — Мы не здесь, чтобы судить. Мы с вами. Всегда.
— Поддерживаю, — кивнул Нэш.
— Мы женаты. Мы счастливы. И это все, что нужно знать. Все, что по-настоящему важно, — сказал Хейс, поднялся и выбросил пустой стакан в мусор. — И ты получишь эти деньги. И твой отец попадет в клинические испытания. И все будет хорошо. Потому что ты этого заслуживаешь, Сав. Ты — самый хороший человек из всех, кого я знаю. Ты моя жена. И ты, черт побери, заслуживаешь все самое лучшее.
Все уставились на него с открытыми ртами — обычно он не был многословен.
— Ну ничего себе. Наш парень растаял из-за жены. И мне это нравится, — усмехнулся Ривер. — Ладно, давайте оставим их вдвоем. Все-таки молодожены.
Эмерсон прошептала мне на ухо, что займется поиском информации по клиническому испытанию, когда я кратко рассказала о болезни отца. Мы попрощались и обнялись, и вот мы остались вдвоем — я и Хейс, стоим в прихожей его дома.
Нашего дома.
Я посмотрела на него, не зная, что теперь делать.
— Пора переносить твои вещи из гостевой. Сегодня ты спишь в моей кровати. В нашей. И даже не думай спорить — мы делаем это.
И я не собиралась спорить.
Теперь всем заправлял мой муж.
19
. . .
Хейс
День был тяжелый. Мы возились с иском от жадной до денег стервы, которая уже успела воспользоваться добротой пожилого человека.
А наш с Саванной брак теперь будут разбирать по косточкам.
Саванна винила себя за то, что втянула меня во все это, но она не понимала одного: я был рад оказаться здесь.
С ней.
Я скучал по ней. Все эти годы, что мы провели порознь, чего-то не хватало. А теперь она вернулась в мою жизнь, и я хотел удержать ее рядом.
Мы перетащили все ее вещи в мою спальню, уничтожив любые следы того, что она жила в гостевой, прежде чем на этой неделе приедет Белинда и начнет уборку.
Ситуация у нас была… неопределенная.
Меня безумно к ней тянуло, но я до чертиков боялся сделать хоть шаг, который ее отпугнет.
Я плыл в незнакомых водах.
Я сидел на краю кровати, когда открылась дверь ванной. Саванна вышла в коротких шортах и майке. Ее кожа блестела от влаги, волосы были длинные, мокрые, и капля воды скатилась с плеча по руке, по которой лежали пряди.
Мне вдруг захотелось слизать эту каплю.
Блядь. А ведь теперь она будет спать в моей постели. Как, черт побери, мне продержаться так несколько месяцев?
— Я могу спать в спальнике на полу. Кто об этом узнает? — спросила она, вглядываясь в меня.
— Я вроде сказал, чтобы ты больше не спорила со мной на этот счет, — твердо ответил я. Без мягкости. Без намека на шутку. Я не шутил.
— Ах вот как… Муженька снова понесло, да?
— Я могу «понести» в любой момент, жена, — я встал с кровати, оставаясь в одних трусах, и поймал на себе ее взгляд, скользнувший по моей груди.
Она провела языком по губам, обошла меня и забралась в постель.
— Мы же уже спали вместе в одной кровати кучу раз за эти годы, верно?
— Ага. Пустяки, — я подошел к выключателю на стене.
— Тебе все еще нужна сторона у двери?
Я щелкнул выключателем и направился к кровати:
— Да.
Комната погрузилась во тьму. Тихо. Я скользнул под одеяло и устроился рядом с ней.
— Почему ты всегда выбирал ту сторону? Даже когда знал, что я сплю с этой стороны в своей комнате?
Иногда она мне писала, когда ее родители устраивали очередную истерику, и я вылезал из своего окна и забирался к ней через ее.
Потому что когда Саванна нуждалась во мне, я всегда был рядом.
И наоборот.
— Потому что если бы в твою комнату кто-то вошел, ему пришлось бы сначала пройти через меня, — честно ответил я. Я жил с человеком, который был жесток в подростковом возрасте, так что, думаю, это были мои инстинкты — желание защитить ее.
Она повернулась на бок, пододвинулась ближе, и ее нога коснулась моей.
— Ты такой теплый, — прошептала она. Запах ванили и лаванды наполнил все внутри, и я потянулся к ее бедру, притянул ее к себе.
Плотно. Целиком. К своему телу.
— Ты мерзнешь. Давай я тебя согрею, — мой голос был хриплым, и я изо всех сил старался дышать ровно.
Держи себя в руках.
— Ты всегда был горячий, честное слово. Температура тела у тебя явно не как у всех, — прошептала она, но не отстранилась. Ее пальцы скользнули по моему бицепсу.
— Может, я просто горячий рядом с тобой. Не думала об этом?
— Ты сейчас флиртуешь со мной, муж? Можешь не стараться. Я уже в деле. Уговаривать меня не нужно, — она усмехнулась, но я знал ее. Она нервничала.
— Это не попытка тебя уговорить. Мы же женаты.
— Фальшиво женаты.
— Можешь не повторять это постоянно. Я в курсе нашей ситуации. Но мне неприятно, что ты все время об этом напоминаешь, — буркнул я.
Ее ладонь легла мне на щеку:
— Прости. Я просто пошутила. Может, я себе напоминаю. Чтобы не забыть. Все… слишком запутанно.
Ее слова больно сжали мне грудь.
— Я понимаю.
— Тогда скажи… почему ты всегда такой горячий, когда рядом со мной? — теперь в ее голосе звучала насмешка.
— Не знаю, Кроха. Может, я всегда был в тебя влюблен.
— Хейс.
— Саванна, — ответил я с той же серьезностью.
— Не был ты в меня влюблен. Ты столько раз спал в моей постели. Мы все время были вместе. Ты ни разу даже не попытался что-то сделать. И мы оба знаем, что дело не в недостатке опыта. Если тебе нравилась девушка, ты не медлил. Так что не ври мне.
— Я не вру, Сав. Я говорю как есть. Я правда был в тебя влюблен. А потом мы провели кучу лет врозь, и теперь… не знаю. Кто знает, когда ты снова исчезнешь, бросишь меня и уедешь к черту на рога? Я просто выложил все как есть. Потому что терять-то нам уже нечего.
Она молчала. Минуту. Может, больше.
— Тогда почему ты никогда не сделал первый шаг? — прошептала она.
Отличный, черт возьми, вопрос. Я сам задавал себе его раз сто за эти годы.
— Не знаю.
— Попробуй объяснить.
Я задумался.
— Помнишь тот конкурс песочных замков, на который ты меня затащила летом перед отъездом? У озера?
— Тот, где мы выиграли главный приз в пятьсот долларов? — уточнила она.